Святые мученики и исповедники Галицкой и Карпатской Руси

Древняя и славянская Галицкая Русь стала настоящей ареной борьбы православного русского народа с католичеством. Папистам было крайне важно сломить этот западный фронт Православия, чтобы двинуться дальше на Восток.

Сознание общерусского единства всегда было живо на Галицкой Руси. Именно коренной галичанин, святитель Петр, митрополит Киевский и всея Руси, впервые выдвинул идею собирания русских земель вокруг Москвы. Именно войско волынского князя Дмитрия Боброка сыграло решающую роль в Куликовской битве. Вспомним также галичанина Иоанна Вишенского, афонского подвижника, жившего на рубеже XVI-XVII веков, обличителя латинства и ревностного сторонника воссоединения Западной и Восточной Руси. Одной из замечательных страниц в истории Православной Церкви является подвижническая, апостольская деятельность львовских православных братств, которая была бы невозможна без постоянной поддержки Московской Руси; только 50 лет из ста в период ХV-XVIв. провело московское государство в борьбе за освобождение православного русского народа, находившегося под игом Польши и Литвы (условием всех перемирий между Россией и Польшей были гарантии поляков обеспечить свободу православной веры). Несмотря на многочисленные попытки денационализации и окатоличивания, Галицкая Русь воскресала вновь и вновь. Свидетельство этому - русское национальное и православное возрождение в Галицкой и Угорской Руси в XIX-XX веках, на которое Ватикан и латинская Австрия ответили страшнейшим геноцидом. Десятки тысяч людей, весь цвет галицко-русской интеллигенции были уничтожены. Земля Галицкая дала Церкви тысячи новых исповедников и мучеников от латинян убиенных.

Одновременно с геноцидом со стороны иезуитов создавалась латино-униатская идеология и политическая программа - так называемое "украинское самостийничество". Она создавалась теми же методами, что и "догмат о папском примате", путем подтасовок истории. Как для обоснования латинских лжедогматов были сочинены подложные документы - мнимое завещание св. Константина римским понтификам, сочиненное папой Стефаном II и печально известные "лжеисидоровы декреталии", сочиненные папским епископом Исидором Севильским в VII веке, так и для оправдания латинской экспансии и раскола Руси была создана "украинофильская" мифология, не выдерживающая никакой научной критики, которая ныне играет роковую роль в русской истории.

Строятся концентрационные лагеря специально для православных и сочувствующих Православию. Самый известный - Талергоф, что около города Грац в Австрии. В нем, в частности, было уничтожено около трехсот униатских священников, заподозренных в симпатиях к Православию и России. Иезуиты - профессионалы исторических фальсификаций - усиленно пытаются нейтрализовать православно-русское движение. Преследования и гонения обрушились решительно и свирепо: православных крестьян уничтожали прямо в селах. Так в селе Камень-Броды через одну петлю, на глазах женщин и детей, было уничтожено все мужское население. В массовом порядке применялись пытки. Например, подвешивание студентов, именовавших себя русскими, за ногу. По сведениям депутата Австрийского сейма поляка Дашинского были зверски убиты более 60 000 человек, все русские депутаты сейма были казнены. Около 100 000 бежало с отступающей русской армией, а сколько было уничтожено после возвращения австрийцев, неизвестно. Сведения об этих преступлениях можно почерпнуть в воспоминаниях митрополита Евлогия "Путь моей жизни", и в Научно-литературных записках Львовского Ставропигиона "Временник", изданных в 1935 году.

Для русского единственным шансом избежать преследований, концлагеря и гибели и получить какую-то работу было примкнуть к движению коллаборантов, австрофилов - униатов, специально созданном в противовес православно-русскому возрождению. В 1890 году в Львовском сейме был подписан пакт между этими коллаборантами и австрийскими властями, именуемый в украинофильской пропаганде "великим переломом". Суть его заключалась в следующем: 1. Верность Риму и унии. 2. Верность Австро-Венгрии. 3. Союз с поляками. В обязанности коллаборантов входило отречение от своего русского имени (для чего они переименовывались в "украинцев"), пропаганда ненависти к России, доносы на русофилов. "Украинцам"-коллаборантам давалась следующая привилегия - право на пытки и казни соплеменников в концлагерях. Возглавил это движение новый униатский митрополит Андрей (Шептицкий), выходец из ополяченной русской шляхты.

Жандармы прибегали к пыткам. Православных подвешивали к дереву так, чтобы ноги не доставали до земли. Через час такого висения из носа, горла, ушей текла кровь. Если несчастный начинал терять сознание, его поливали водой и продолжали истязать. В селе Лежие под пыткой умерла женщина. Многие прошли "мучилищное дерево", но от Православия не отреклись. Другие искали спасения в лесах и горах. Так, одиннадцать девушек, которых наставляла сестра о. Алексия, Василиса, тайно приняли постриг, удалились в горы, построили в лесу дом, и жили там по монашескому уставу. Жандармы, узнав об этом, нашли их, сорвали одежды, и в одних рубашках загнали в реку, продержав в ледяной воде два часа, а затем бросили в тюрьму. Вот имена этих святых исповедниц: Мария Вакарова, Пелагея Смолик, Анна Вакарова, Мария Мадор, Пелагея Тусть, Пелагея Щербань, Параскева Щербань, Юлианна Азай, Мария Прокун, Мария Довганич, Анна Камень.

Жители села Изы собирались на молитву у крестьянина Максима Прокопа, а его племянница Иулиания Прокоп, в 1913 году пострадала за Христа, и стала святой исповедницей. Совсем юной девушкой, она организовала в селе православную женскую общину, которая жила по монашескому уставу. Это было в 1913 году. В это же время состоялся второй Мармарош-Сиготский процесс, на котором были судимы о. Алексий (Кабалюк), добровольно вернувшийся из США, и 94 крестьянина. Разбирательство длилось два гола, затем был оглашен приговор - от 6 месяцев, до четырех с половиной лет заключения. Во время процесса, ночью жандармы ворвались в село Изы и схватили Иулианию Прокоп с сестрами. Их отправили в казармы, где долго пытали, заставляя отречься от Православия. Затем, облив на морозе водой, жандармы вывели девушек на улицу для устрашения сельчан. Здесь их обнажили и долго нещадно били. Они выводили исповедниц босыми, с неприкрытой грудью, долго водили их по селе, издевались, надеясь на отречение от Православия. Однако улицы села были пусты, а жители с негодованием отнеслись к беззаконию, хотя помочь ничем не могли. Униатский священник Андрей Азарий, который вызвал полицию, велел привести к себе Иулианию. Он снова пытался убедить ее отречься от Православия, обещал заступничество, если она, хотя бы притворно, отречется от "московской веры", говорил: "Мне жаль тебя, зачем ты, такая юная, обрекла себя на истязания". Однако Иулиания осталась неколебимой, и пытки продолжались еще три месяца. Никто из сестер Иулиании также не отрекся от Православия.

В начале 1914 года из России в село Изы прибыли иеромонахи о. Амфилохий (Василий Камень), о. Матфей (Василий Вакаров) и о. Серафим (впоследствии он был убит на войне). Они сразу же были арестованы и отвезены в город Хуст. Первых двух выпустили из тюрьмы и отправили под домашний арест, а отца Серафима отправили в армию. Когда началась Первая мировая война, был арестован о. Амфилохий и сорок крестьян. Он был приговорен к 4 годам тюрьмы. Иулианию с сестрами тоже арестовали и под конвоем отправили в город Хуст. Перед вступлением в этот город русской армии тюремщики отпустили сестер, которые потом, после отступления русских, стали вести катакомбный образ жизни, собираясь для молитв ночью. Они ходили за духовным руководством в Кошицкую тюрьму к о. Амфилохию. Одна навещала его как сестра, другая - как дальняя родственница. В 1917 году - снова домашний арест всех сестер, на этот раз строжайший. Они должны были являться по три раза в день в жандармерию для допросов и истязаний. В 1918 году жандармы избили Иулианию до полусмерти. Все тело ее было покрыто ранами, разбита голова, сломан нос. Все эти пытки сопровождались уговорами отказа, хотя бы внешне, от исповедания православной веры и монашеского образа жизни. Но Иулиания не отреклась. Ее, окровавленную и обезображенную, жандармы отнесли в подвал и засыпали песком. К подвалу поставили служанку, чтобы никто не мог туда проникнуть. На четвертый день Иулиания очнулась. Жандармы, не ожидавшие, что Иулиания выживет, отнесли ее к отцу и вызвали врача. Однако Иулиания отказалась от врачебной помощи и была исцелена чудом Божиим.

Когда в Венгрии произошла революция, православных русских оставили в покое. Отец Амфилохий продолжал служить в Изе, потом отыскал остальных священников-изян. И проповедь Православия на Карпатской Руси продолжалась.

После падения Австро-Венгрии Карпатская Русь оказалась в составе Чехословакии.

Иулиания-исповедница была в 1924 году пострижена в монахини с именем Параскева и стала игуменьей монастыря города Мармарош.

Судьбы святых мучеников и исповедников тесно переплетаются. В 20 годы правящим епископом Карпатской Руси был сербский владыка Досифей. В начале Первой Мировой войны фанатичные католики-усташи (хорваты) таскали за волосы владыку по улицам Загреба, пытали его, и, наконец, зверски убили в усташской тюрьме.

История антиправославного и антирусского геноцида на Галицкой Руси предельно ясно продемонстрировала феномен политического католицизма, его духовную природу - подмену Богочеловека Иисуса Христа, единственного главы Церкви, папой, этаким "обожествленным" человеком, во имя которого можно лгать, убивать, насиловать, подтасовывать и искажать историю. О роли и назначении иезуитского изобретения - так называемого "украинского самостийничества", призванного уничтожить сердце Руси - Киев, подчинить его "непогрешимому понтифику" - папе римскому, убедительно свидетельствует один из идеологов "самостийничества", униатский митрополит Андрей Шептицкий: "Украинцы являются только орудием в руках Провидения, чтобы оторвать христианский Восток из клещей ереси (Православия), чтобы водворить его в лоно Апостольского Престола и европейского сообщества". Яснее не скажешь.

Святые исповедники и мученики Галицкие, от латинян убиенные, молите Бога о нас!

Кирилл Фролов. Ватикан: Натиск на Восток. М. Одигитрия. 1998.