Как умирают народы

Состояние русского народа в последние годы трудно характеризовать иначе как катастрофа. Его численность сокращается приблизительно на миллион человек в год - вот уже в течение трех лет. Если так будет продолжаться, то к середине следующего (ХХI века) русских будет около 50 миллионов человек.

И как раз за это время, вероятно, подавляющая часть земель России станет гораздо более ценной: согласно анализу многих экологов, промышленная деятельность ведет к усиленному выделению в атмосферу таких газов, как метан и углекислый газ, создающих так называемый "парниковый эффект", и, как следствие, приведет к повышению температуры к 2030 году примерно на 2,5?С, а в северных районах - до 8?С. Это сделает многие южные земли засушливыми и неплодородными, другие будут затоплены океаном, уровень которого поднимется в результате таяния полярных льдов. Но как раз необъятные области нашего Севера станут плодородными, и условия жизни в них станут гораздо легче. Население Юга, где ухудшение климатических условий совпадает с центром самого быстрого роста населения, будет стремиться заселять плодородные и удобные для обитания земли России. Да уже и сейчас мы испытываем давление громадной человеческой массы Китая.

Резко сократившееся население не будет в состоянии ни освоить, ни защитить наши громадные земли от давления Востока и Юга. Какая у нас будет армия через 20 лет, предопределено уже сейчас, здесь ничего никакими мерами изменить нельзя - эти мальчики уже родились. Вот подсчеты одного демографа. Оптимальная численность армии, необходимой для России, - 1,5 млн. человек и 500 тысяч человек войск МВД, что, при двухгодичной службе по призыву, требует призыва 700 тысяч человек. В 1993-м и 1994 годах родилось по 600 тысяч русских мальчиков, число которых ко времени их призыва из-за бытовых смертей сократится до 500-520 тысяч человек, а после медицинской выбраковки и вследствие уклонения от службы даст 100-150- тысяч русских призывников. Другие нации дадут не более 50 тысяч человек.

Падение рождаемости и вымирание сказались на русских гораздо сильнее, чем на других народах России. Показатель естественного прироста у русских в 4 раза ниже. Уже в 1989 году русские, составлявшие 82% жителей страны, дали примерно такой же абсолютный прирост, как и все остальные нации. Этот процесс приведет к резкому росту численности нерусских наций в республиках, входящих в Российскую Федерацию, и к еще большему усилению сепаратизма. А если не русские, то кто же сможет удержать Россию от распада?

Те же признаки катастрофического упадка мы видим и в других областях жизни. Производство упало в два раза, и российская продукция почти полностью исчезла с нашего рынка. Останавливаются уже не отдельные заводы - работа прекращается в целых городах. Зарплату выдают только перед президентскими выборами. Из родильных домов только 1/3 детей выписываются здоровыми.

Весь развал жизни - от страны в целом до отдельного производства - глубоко потряс дух народа, бешено растут наркомания и алкоголизм. За 1993 год число умерших от отравления суррогатом алкоголя увеличилось на 85%. Было совершено 40 тыс. убийств. 56 тысяч человек покончили жизнь самоубийством - это почти в 4 раза больше, чем число убитых за всю войну в Афганистане.

Так что же - нам, русским, приходит конец? Наши враги с восторгом кричат, что - да! да! так оно и есть, на иной выход нечего и надеяться! Было бы опасным самогипнозом с порога отбрасывать такую возможность. Закрывая глаза на опасность, мы заранее отказываемся с ней бороться. Как ни страшно об этом говорить, нам пора обдумать этот вопрос, не отдавая себя исключительно во власть эмоций.

В чем же глубинная причина сегодняшнего кризиса России? Кажется, его общая схема ясна уже многим. Коммунистический режим вырастил хищную номенклатуру, с вожделением смотревшую на богатства страны, которыми она в каких-то пределах могла распоряжаться, но не могла превратить в свою частную собственность. В то же время выросла мощная криминальная экономика. Объединившись, они совершили переворот, который отдал им в руки большую часть богатств страны.

Но ведь при этом был разрушен старый аппарат власти, и каждый из нас получил большую свободу действий. Почему же не сформировались силы, которые предотвратили бы развал? Конечно, переворот произошел в период, когда очень многие чувствовали, что страна переживает кризис - и экономический, и духовный. Широко распространилось чувство, что жизнь надо менять, - и на первых порах это способствовало перевороту. Но мы составляем неглупый и достаточно интеллигентный народ; почему же так долго можно было грабить и разваливать страну под видом реформ? Ведь весь этот "процесс" реформ-разграбления продолжается почти 10 лет - достаточно времени для его осознания. Мне кажется, что когда говорят, будто мы стали жертвой еще невиданного "информационного оружия", то это просто значит, что мы не отдаем себе отчет в том, что на самом деле произошло.

Чтобы это хоть немного прояснить, представим наше положение в виде очень грубой и приближенной схемы. В обществе действует нечто вроде "социальной механики": одни силы уравновешивают другие; если некоторая сила ничем не уравновешивается, то она беспрепятственно движет страну в ту сторону, куда направлена. Одна сила сегодня очевидна - это интересы вновь образовавшегося слоя, захватившего в свои руки колоссальные богатства. Мне трудно привести другой пример из истории столь внезапного захвата таких ценностей. Этот слой обладает громадной мощью - деньгами, на которые приобрел и средства информации, и правительственный аппарат, и какие-то вооруженные силы. Недавним проявлением силы этого слоя было нашумевшее ультимативное "письмо финансистов". Тоном господина они требуют, чтобы разные партии, сохраняя, если хотят, внешние различия, заявили, что едины в главном - неприкосновенности банкирской власти и финансов, на которых она основывается.

Другая сила, действующая в том же направлении, - это люди, ненавидящие Россию, которым отвратительна ее обширность, глубина ее истории, национальный характер русского народа и тип русской цивилизации. Не буду на этом останавливаться, так как давно и подробно писал на эту тему в своей работе "Русофобия".

Наконец, еще одна сила, действующая так же, как те две предшествующие, - это финансисты и политики Запада. Прежде всего, на Запад потекли из России грандиозные богатства. Новые богачи, унаследовавшие хищно-грабительскую психологию криминальной экономики, готовы довольствоваться небольшой частью захваченного, лишь бы она была реализована быстро. Благодаря этому Запад может перекачивать из России за полцены, а то и за бесценок ее природные богатства - как раз в то время, когда истощаются запасы в "третьем мире", откуда он их до сих пор брал. С другой стороны, Запад всегда ощущал Россию как своего исторического антагониста. Он готов был приветствовать Советский Союз, когда там уничтожалось крестьянство ("отсталый, реакционный класс"), особенно когда Советский Союз воевал с Гитлером. Но все время оставалось чувство, что в глубине Советского Союза запрятана чуждая и непредсказуемая Россия. И вдруг СССР разрушается как по волшебству.

Но вот есть ли реальная сила, действующая в каком-то другом направлении? Ее не видно. Никакая оппозиционная партия такой силой не является. Даже если она приобретает большинство в парламенте, парламент можно разогнать, а то и расстрелять. Но сейчас нет нужды даже в таких драматических действиях. Что может сделать любая партия, приди она сегодня к власти? Мы видим, что в Москве продаются предметы , почти исключительно привозимые из других стран: еда, лекарства. Телевизор забит рекламой, но продукция России там фактически не рекламируется - кроме банков. Сейчас Запад может вызвать катастрофу - по крайней мере в Москве, - не прибегая ни к интервенции, ни к бомбардировкам. Только совершенно экстраординарные меры способны дать России возможность вырваться из накинутой на нее петли. Вероятно, что-то вроде введения карточек, отказа платить долги, согласия затянуть туже пояс и пойти на еще большее ухудшение жизни в течение нескольких лет, чтобы потом добиться достойного существования. Но партии, готовой к этому, нет (включая и коммунистов): ведь к такому повороту всей жизни надо упорно готовить своих единомышленников, а сейчас об этом никто не смеет заговорить. Да еще теперешняя чудовищная преступность, не отграниченная четко от всей экономической и политической жизни. Лишь самые жесткие меры дадут шанс с нею справиться, но кто способен на них пойти?

Однако может ли хоть в принципе существовать сила, которая бы уравновесила те, которые движут Россию к полному развалу? Мне кажется, что может, и притом только одна. Ведь каждое государство связано с каким-то народом: либо (что бывает редко) оно только из этого народа состоит, либо этот народ составляет в нем большинство и исполняет "государственную" функцию. Поэтому существование государства невозможно без существования этого народа. Народ же есть не просто совокупность людей, близких по крови: они должны быть объединены чувством общей судьбы, готовностью бороться за свое место под солнцем, за свою страну. Вот это и есть единственная сила, способная удержать страну на краю пропасти, спасти в момент, казалось бы, неизбежной гибели. В нашей стране это - сила русского национального самосознания. Да, именно она всегда и спасала страну: от Куликова поля до Сталинграда. Ее-то сейчас в сколько-нибудь организованном виде нет: русское патриотическое движение до сих пор политической силой не стало. И в этом основная причина того, что мы не способны выбраться из катастрофы.

Казалось бы, наоборот, сейчас все патриоты. Но уже то, что этот облик принимают самые противоположные течения, внушает сомнение в их искренности. Как можно разобраться в этом маскараде патриотических масок? Способ самый простой: обратить внимание на конкретные, часто мучительные вопросы, стоящие перед русским народом.

Прежде всего с положением 25 миллионов русских, оказавшихся за пределами России. Более или менее внятно о них упоминают все. Но какое политическое течение формулирует конкретные требования? В первую очередь, права русского народа на воссоединение. Так, Западная Германия не признала де-юре разделение страны, обязалась бороться за воссоединение - и добилась своего! Кроме того, следовало бы добиваться статуса русского как второго официального языка, автономии районов, где русские составляют большинство, второго гражданства, того, что имеют десятки наций в России. А в Прибалтике - элементарного равноправия (в Латвии для неграждан - в основном это русские - существует 68 запретов на профессию, они живут, как евреи по нюрнбергским законам в первые годы гитлеровского режима). Кто требует, чтобы экономические отношения со странами, где живет много русских, учитывали их положение? Из сколько-нибудь влиятельных партий - ни одна. (За исключением разве Жириновского, - но его декларации уже мало кто, кажется, принимает всерьез.)

Или такой, казалось бы, специальный, но болезненный именно для русского патриотического сознания вопрос, как положение Севастополя. Севастополь - это Черноморский флот, оборона всего русского Юга. Это, кроме того, чисто русский город, украинский язык там слышен только по радио. Но сверх всего этого он весь наполнен великими историческими воспоминаниями о Крымской войне, Великой Отечественной; там каждый камень пропитан русской кровью. Севастополь - одна из национальных святынь России. Такие святыни поддерживают и скрепляют народ, как знамя - армию. Их сдача символизирует капитуляцию. Да и чисто юридически Севастополь - город России: после войны он был выведен из состава Крымской области и сделан городом республиканского подчинения РСФСР, так что хрущевская передача Крыма Украине, сама по себе незаконная, на Севастополь не распространялась. Отношение современных политических течений? В 1993 году Верховный Совет принял постановление, подтверждающее российский статус Севастополя. Президент тогда сказал, что ему за это постановление - стыдно. Украина подала жалобу в Совет Безопасности, и произошло почти беспрецедентное: представитель России присоединился к этой жалобе на свой Верховный Совет! Но и КПРФ не высказала четкого отношения к вопросу о российском статусе Севастополя. Ведь за Севастополем стоит Крым, а Коммунистическая партия Украины голосует за то, что Крым - неотъемлемая часть Украины. Не слыхали мы и того, какова точка зрения нашего президента на статус Севастополя и Крыма. Да и есть ли такая точка зрения?

Наконец, самый больной на сегодняшний момент вопрос - о Чечне. Кроме влияния на судьбу российской государственности, на дальнейший распад России ситуация в Чечне имеет сугубо русский национальный аспект. Во время трехлетнего правления Дудаева русское население Чечни подверглось свирепому террору: убийствам, пыткам, избиениям, изнасилованиям, цель которых была - сгон этого населения с их земли, захват домов и земель. Были убиты десятки тысяч русских, сотни тысяч превратились в нищих беженцев. Произошла крупнейшая в нашей стране после конца войны этническая чистка. И, несмотря на весь накал, с которым обсуждается положение в Чечне, именно этот вопрос, касающийся сотен тысяч русских, никого не волнует (исключение составляют лишь думская комиссия Говорухина и несколько общественных деятелей). В Чечне проводятся выборы - как будто не изгнана значительная часть русских избирателей. Собираются совещания по Чечне, в которых участвуют представители чеченских боевиков, старейшины тейпов, мусульманское духовенство, - но никогда представители изгнанных русских. Еще дальше вглубь идет вопрос о землях, веками раньше заселенных русскими и по хрущевскому произволу переданных Чечено-Ингушетии, - Наурском и Шелковском районах на левом берегу Терека. По какому праву эти казачьи земли остаются в Чечне, их поливают русской кровью и сгоняют с них коренное казачье население? Об этом хранит полное молчание весь спектр политиков - от президента до КПРФ.

Корреспондент из Грозного пишет мне: "Со времени моего детства и вплоть до предвоенных месяцев типичной была уличная сценка: на одного или группу русских мальчиков нападает ватага чеченят, бьют даже не жестоко, а так, чтобы сильнее унизить, и все это под одобрительные молчаливые взгляды взрослых".

Другие рассказывают о массовых насилиях над русскими женщинами, русскими мальчиками. По рассказам, в Чечне множество русских рабов, рабов продают и дарят, при попытке к бегству - убивают. На стене в Грозном - надпись: "Русские, не уходите, нам нужны рабы".

Но всего этого как бы нет для "партийной" России - от президента и всей партии власти до КПРФ.

Таким образом, если судить не по общим декларациям или символическим действиям, а по конкретным требованиям и обязательствам (тем более - делам), то не оказывается ни одного политически весомого движения, которое исходило бы из русских национальных интересов.

Русское патриотическое движение как политическая сила - до сих пор не состоялась. Это не есть смертельный диагноз - может быть, народ очень медленно приходит в себя в новой ситуации развала и упадка и постепенно собирает свои силы. Но на данный момент положение таково, на него нельзя закрывать глаза, и только учитывая этот тяжелый факт, можно постараться оценить перспективы на будущее.

Из нашей страны на Запад хлещет сейчас золотой поток - десятки миллиардов долларов в год. Изрядная часть этого богатства оседает в карманах новых богачей в России, основная часть - питает Запад. Тем создается сильнейшее поле интересов, порождающее те мощные социальные силы, о которых было сказано выше. Им же у нас никакая равномощная реальная сила не противостоит. Ведь надо отдать себе отчет, что спор идет ни много ни мало о господстве над Россией - самой богатой и самой большой страной мира. Это такие богатства, за которые ведут мировые войны.

Чтобы представить себе масштаб явления, удобно рассмотреть какую-нибудь параллель. Например, во второй половине XVIII века во Франции и Англии бурно развивался капитализм, и они были конкурентами за ведущее место в мире в этом развитии (Франция была тогда "мировым банкиром", как позже - Англия, потом США). Успех зависел от владения обширными заморскими рынками (Индия, Северная Америка), и особенно землями, пригодными для захвата и заселения частью населения, не находящей себе приложения дома, - таким был громадный богатый материк Северной Америки. За это между Францией и Англией шла война с 1755-го по 1763 год, закончившаяся победой Англии и установлением ее господства в Индии и Северной Америке. В результате последующее развитие капитализма в Англии происходило без общенационального кризиса, а во Франции оно привело к тяжелейшему потрясению - Французской революции и ряду следующих кризисов, растянувшихся почти на целый век.

Не меньшего масштаба события разыгрываются сейчас в связи с Россией. Решается судьба России, а это в значительной мере определяет судьбу мира. Никак не меньшие ценности поставлены на карту, не меньшие силы приведены в действие.

Распространено почти поголовное убеждение, что мы можем решить вопрос нашего будущего путем голосования - выборами. Нереальность этой надежды кажется очевидной. Вопросы такого масштаба, что ради них ведут войны, организуют интервенции, совершают революции, не могут быть решены выборами. Слишком это легковесный путь для столь весомых проблем. Выборы эффективны, если от их исхода не слишком сильно зависит баланс реальных интересов, да еще, если в стране укоренилось многовековое доверие к системе выборов. Неужели истинные распорядители "рычагов власти" - и у нас, и особенно во всем мире, - те, кого И.Ильин называл "мировой закулисой", согласятся, чтобы судьбы мира сложились не по их желаниям лишь потому, что мы так или иначе проголосовали? Ведь даже если исключить все виды обмана при выборах - водопад лживых обещаний, нечестный подсчет голосов, - мы возвращаемся все к тому же: нет физической силы, которая могла бы заставить считаться с результатами голосования или гарантировать добросовестный подсчет голосов.

Партия власти может надеяться на самостоятельную победу, опираясь на средства информации и все те рычаги влияния, которые есть в руках власти. Но она может не понадеяться на победу и предложить сговориться своим противникам: видимо, именно этот вариант сквозит в "письме финансистов", его огласил недавно и Жириновский, всегда приходящий на помощь власти в трудный для нее момент. Наконец, может произойти множество инцидентов: захваты заложников, террористические акты, атомные катастрофы и т.д., которые потребуют введения чрезвычайного положения и сделают невозможными выборы на ближайшее время.

Но наша партия власти - лишь небольшая подчиненная часть "мировой закулисы", и вес их несоизмерим. Может быть, будет решено, что теперешняя партия власти слишком испортила свой облик и должна быть смещена - тогда ей придется уступить свое место, как ей это ни неприятно делать. На смену ей могут прийти коммунисты. Однако это будет допущено при одном обязательном условии: если будут даны железные гарантии того, что при смене власти положение в стране в принципе никак не изменится. Такой прецедент уже был: в Польше. Там был недавно сменен президент - не бывший член ЦК и секретарь обкома, а подлинный вождь антикоммунистического движения, сидевший в тюрьме при коммунистах. Вместо него был избран коммунист - а большинство в Сейме и все экономические министерские портфели коммунисты получили еще года три тому назад. (Партия поменяла название, но это та же структура, тот же аппарат.) И при этой смене ничего не изменилось. Приватизация пошла даже круче. Экономика вся контролируется Западом. Колоссально высок уровень безработицы.

Похоже, что попытки предложить такие гарантии были и у нас. Например, руководители КПРФ присутствовали в Давосе, когда Россия получала 10-миллиардный займ от Международного Валютного Фонда, обставленный такими условиями отмена пошлин на вывоз нефти), при которых мы теряем то, что получаем. Они присутствовали и при вступлении России в Европейский Совет. Совершенно непонятно, зачем нам надо было вступать в эту организацию, созданную Западной Европой для себя, по своей мерке, не подогнанной под нас, где мы всегда будем на положении двоечника в классе, да еще будем платить за это удовольствие 22 млн. долларов каждый год. Но верхушке партии, может быть, важно таким путем войти в мировую элиту, чтобы завоевать доверие "мировой закулисы". К этой же области относятся заявления руководителей КПРФ об их приверженности "многоукладной экономике" и выпады коммунистической печати против "великодержавного шовинизма". Это и есть те два пункта, которые больше всего беспокоят Запад в связи с будущим России: что прервется "золотая река", текущая из России, и что оформится русское национальное самосознание (одно с другим тесно связано).

Но вполне вероятно, что все эти авансы покажутся недостаточными: коммунисты не будут для "мировой закулисы" в достаточной степени "своими". Тогда тем или другим способом они к реальной власти допущены не будут (максимум - в коалиционное правительство, на проверку). Им будет предоставлен дальнейший срок для доказательства своей лояльности, главным образом, вероятно, в кадровом вопросе, чтобы они стали более верны своей "интернационалистской" традиции.

Мы приходим к печальному выводу, что сейчас выборы состоятся лишь в том случае, если заранее гарантирован нужный их результат - то есть реально выбора не будет. Мы столько раз видели выборы без выбора, с единственным кандидатом. Сейчас мы имеем опять выборы без выбора, но с множеством кандидатов, и их ожесточенная борьба увлекает зрителей и заставляет забыть, что речь-то идет о продолжении и усилении одной, определенной линии развития. Конечно, для непосредственных участников состязания, например, для кандидатов в президенты, исход выборов далеко не безразличен - и это придает искренность и драматизм их борьбе. Но это далеко не редкий случай в истории, когда некоторые социальные силы стремятся претворить в жизнь вполне определенную программу и ищут вождя или группу лиц, которые наиболее эффективно это сделают. Отбор кандидата происходит в форме борьбы - якобы из-за идейных разногласий, на самом деле, за право эту программу осуществлять, - борьбы часто со смертельным исходом для проигравших. Такими братьями-антагонистами полна история: от Помпея и Цезаря до Троцкого и Сталина. Да и Горбачев с Ельциным укладываются в эту линию.

Рано или поздно мы должны осознать, что эта система выборов, основанная на пропаганде партий и на партиях, строящихся сверху (а не снизу - от деятелей районов, областей), предполагающая прямое голосование, никак не учитывающее разнообразие нашего народа, - это игра, в правилах которой наш выигрыш просто не предусмотрен.

Все шире распространяется чувство, что жизнь движется в каком-то гибельном направлении. Сейчас те, кто эту тенденцию осознал и душой ее не приемлет, в основном объединяются, видимо, вокруг коммунистов: хотя и не входят в ту или иную коммунистическую партию, но ходят на созываемые ими демонстрации, составляют, как любят сейчас учено выражаться, их электорат. Это, как мне кажется, сейчас наиболее социально, государственно мыслящая, может быть, правильнее было бы сказать - чувствующая часть народа.

Но у нас, при попытке объединить народное патриотическое движение вокруг коммунистического ядра, возникает эклектичный, внутренне противоречивый набор тезисов, которые не складываются ни в какую идеологию. Например, ключевым тезисом, постоянно повторяющимся, является "духовность". Он развивается вплоть до того, что верующий может быть членом КПРФ. Но, с другой стороны, это марксистская партия. А сила, обеспечивающая такой всемирный успех марксизму в течение целого столетия, - цельность его идеологии. Это был единый взгляд на мир, претендовавший на объяснение всего сущего - от движения атомов до революции. В этом смысле претендовавший на то, чтобы занять место религии. И основные его концепции: материализм, диалектический материализм, материалистический взгляд на историю...

Где же здесь место для верующего? Как он впишется в учение, принципиальные положения которого - что религия "это опиум для народа", "род духовной сивухи", даже "труположество"? Да этот дух и сейчас прорывается в коммунистической прессе. Например, утверждается, что в годы Советской власти ... "священников арестовывали и сажали не за то, что они несли в народ слово Божье, а за то, что они возбуждали верующих против Советской власти и даже брались за оружие". Как это легко пишется сейчас! За что же был расстрелян митрополит Вениамин и еще трое духовных деятелей в Петрограде в 1922 году - "возбуждали верующих" или "брались за оружие"? Из фактов, которые удалось восстановить: между 1918 и 1937 годами было совершено 223 ареста епископов, многих арестовывали неоднократно (например, епископ Афанасий (Сахаров) арестовывался 14 раз). Да вот в 1937 году был расстрелян удивительно разносторонний, глубокий мыслитель священник Павел Флоренский. Почему бы автору не потрудиться объяснить нам - как он "возбуждал верующих" и "брался за оружие"?

Термин "патриотизм", кажется, чаще всего встречается в материалах КПРФ. Что значит это для марксиста? В основном программном документе марксизма - "Манифесте коммунистической партии" - читаем: "Далее, коммунистов упрекают, будто они хотят отменить отечество, национальность. Рабочие не имеют отечества. У них нельзя отнять того, чего у них нет". Или это - ревизия марксизма? Но Ленин очень часто цитируется как высший авторитет (в Программе КПРФ даже прокламируется цель - "добиваться ... прекращения очернения памяти В.И. Ленина". А Ленин писал: "За ревизию марксизма один ответ - в морду". Во время кровопролитной войны, где русские потеряли несколько миллионов человек, Ленин призывал работать на поражение своего правительства, говорил, что "непосредственный враг - больше всего великодержавный шовинизм", и пояснял, что его единомышленникам мало усвоить это как абстрактную идею, но необходимо воплотить в конкретные дела - дела, "несовместимые с законами о государственной измене".

То, что реальные изменения могут произойти только в результате сплоченного сопротивления, упорной борьбы, хорошо чувствуют те, кто этих изменений боятся. Они используют весь аппарат пропаганды, находящийся у них в руках, чтобы привить нам психологию поражения и капитуляции. Они внушают, что нет никакой идеи, из-за которой можно было бы жертвовать человеческой жизнью. Они представляют насильниками и грабителями солдат, готовых на такую жертву. Или - вот парадокс! - основные средства информации сейчас принадлежат тем, кто разбогател на развале России. Этого и не скрывают - говорят, например, каким банкам принадлежит какой канал телевидения. Но тогда они должны были бы стараться поддерживать сегодняшнее состояние страны: доказывать, что положение не такое страшное, скоро все будет хорошо. На самом деле средства информации очень любят пугать уже наступившими или скоро грядущими ужасами, они даже сгущают краски. Зачем же было нагнетать эти страхи? Приходит в голову только одно объяснение: чтобы создать атмосферу безысходности, отчаяния. Чтобы и не зарождалась мысль о сопротивлении, объединении - каждый существовал бы робкой надеждой выжить самому да накормить детишек. Русский народ не раз терпел поражения, но именно тогда находил силы для сопротивления и отпора. Вот в эту самую важную точку и направляется удар: чтобы вытравить мысль о сопротивлении.

Сопротивление - это упорные усилия жертвы. Причем усилия не направляемые сверху, а начинающиеся вокруг нас - в своей деревне, своем заводе, районе.

Сила, способная поднять на сопротивление и вырвать Россию из уже накинутой на нее петли, - та же, которая всякий раз спасала нашу страну. Как пишет Ильин: "Национальное чувство есть духовный огонь, ведущий человека к служению и жертве, а народ - к духовному расцвету. Он формулирует идею, которая "должна светить целым поколениям русских людей, осмысливая их жизнь. Это есть идея воспитания в русском народе национального духовного характера. Это - главное. Это - творческое. Это - на века. Без этого России не быть. Отсюда придет ее возрождение. Отсюда ее величие воссияет в невиданных размерах. Этим Россия строилась и творилась в прошлом. Это было упущено и растеряно в XIX веке. Россия рухнула в революцию от недостатка духовного характера - в интеллигенции и в массах. Россия встанет во весь свой рост и окрепнет только через воспитание в народе такого характера". "Враги России были как бы призваны, чтобы духовно пробудить нас", - говорит Ильин.

И надо сказать, что признаки такого пробуждения ясно видны. Об этом говорит хотя бы, как все политики сейчас толпой повалили в патриоты. Ведь это люди, тонко, профессионально чувствующие колебания настроений широких слоев народа. Они понимают, как к этим эмоциям надо апеллировать, чтобы иметь успех. Не так давно слово "патриот" они писали только в кавычках - сейчас кавычки исчезли. Пропал и термин "красно-коричневые".

Это значит, что надежда есть, в народе пробуждаются национальные чувства, крепнет его национальный характер, о котором писал Ильин. Но одновременно Россия распадается: геополитически, экономически, духовно - и идет страшный процесс вымирания русских. Мы живем в состоянии гонки: какой процесс будет интенсивнее? И ярко проявляются те симптомы национальной гибели, о которых сказано в начале работы.

История России развивается сейчас под надвинувшейся тенью ее смерти. Многие великие народы ушли из истории. Ведь даже концепция инока Филофея о Москве - Третьем Риме, которую так часто интерпретируют в духе "русского мессианизма", исходит из факта падения Первого Рима и Второго Рима (Константинополя). Причем она отнюдь не утверждает "вечности" Третьего Рима (Москвы) и даже сурово предупреждает против соблазнов, которых надо избежать, чтобы он устоял. Утверждается только, что "Четвертому Риму не быть". Но не закрывается и возможность иного исхода:

И Третий Рим лежит во прахе,

А уж Четвертому не быть.

Решение же - в той мере, в какой оно зависит от сил человеческих, - находится в наших слабых руках, зависит от нашей веры в Россию, готовности на жертву ради нее.

Почему невозможен фашизм в России

Когда говорят о фашизме или опасности фашизма, то, мне кажется, необходимо честно указывать "национальный адрес" таких обвинений. Ведь фашизм - это идеология, апеллирующая к национальному чувству, и возникает вопрос: к чьему национальному чувству?

Мне кажется, фашизм стал фактором всемирной истории только потому, что победил в Германии. Если бы не было германского национал-социализма, то в истории осталось бы только упоминание, что в ХХ веке в некоторых странах Южной и Восточной Европы на время пришли к власти правые режимы. А вот в Германии национал-социализм был мощным духовным движением, хотя эти духовные силы были направлены на покорение, насилие, смерть. Идеология СС - это была мистика смерти. Они считали, что имеют право быть господами других людей, потому что обрекли себя смерти, отказались от жизни ради служения "Рейху".

Национал-социалистическая идеология опиралась на глубинные пласты немецкой психологии. Кто читал немецкие сказки братьев Гримм (подлинные, а не пересказ), знает, сколько в них жестокости, описаний убийств, казней (хотя в них же есть и культ верности, мужества). Древний германский эпос поражает мрачностью и жестокостью. Так годы считаются не по летам, а по зимам, сутки - не по дням, а по ночам. В океане лежит мировой змей, в пещере связан злой бог-волк. Когда-то они появятся и пожрут людей и богов.

История германцев состоит из завоеваний, порабощения своих соседей. Уже после переселения народов германцы тысячу лет двигались на восток, подчиняя славян и балтов. Обычно верхушка племени уничтожалась, а остальная часть онемечивалась и превращалась в низший слой населения. Так земли поморян, лужичан (сорбов), пруссов превратились в современную Восточную Германию. Ярко сказал Вадим Валерианович Кожинов, что Германия - это не "тюрьма народов", как несправедливо ругали Россию, а "кладбище народов".

Мне кажется, что национал-социализм апеллировал к очень глубоким чертам германской психологии и именно благодаря этому он мобилизовал большие слои немецкого народа для напряжения всех сил и борьбы ради своих целей - не только чудовищных с точки зрения других народов, но и губительных для самого немецкого народа. Один немец сказал мне: "национал-социализм был последним духовным движением Запада". Я думаю, это верно. К несчастью, духи бывают разные, и духовные импульсы могут вести людей и народы к очень разным целям.

Этим я вовсе не хочу сказать, что немцы были обречены на фашизм. Конечно, многие его не приняли, некоторые даже с ним боролись. Но фашизм апеллировал к очень глубоким исконно-национальным чертам германского духа и истории. А какая часть немцев на этот призыв откликнулась и какая - нет или как они будут впредь относиться к подобным течениям - это вопрос их свободной воли.

Фашизм, как мне кажется, это был выплеск - в критической ситуации - некоторых энергий, исконно присущих германским народам. В нем проявились те качества, которые будучи утрированы, придали ему античеловеческий характер: воля к власти и подчинению других народов, жестокость и вера в исключительность (хотя и очень талантливого) немецкого народа. Но и те качества, которые обеспечили ему хоть и кратковременный, но необычайный успех: готовность к самопожертвованию, верность, мужество. И такое качество, как национальная гордость, отказ мириться с унижением (тогда - Версальским миром).

Но особенно я уверен, что "восточная политика" - "Дранг нах Остен" - будет и дальше проявляться в теперь снова едином немецком государстве. И нам очень важно понять корни и характер этой тенденции, самым радикальным проявлением которой был германский фашизм.

Что касается именно русского народа, то из всех больших народов он меньше всех обладает теми психологическими чертами, которые связаны с появлением фашизма. В течение всей своей истории русские доказывали свою способность жить вместе с другими народами, более слабыми, не посягая на их существование. Среди народов, упомянутых в "Повести временных лет", которые наряду со славянами платили дань Руси, упоминается ряд народов, являющихся сейчас "коренными нациями" автономных республик со своими парламентами и президентами. За XIX век население коренных народов Сибири увеличилось в 4 раза. Русским совершенно чуждо отношение к другим народам как к низшим. Ни восприятие их как "унтерменшей" ("недочеловеков"), ни типичное для англичан (да и других европейцев) представление о "бремени белых", которые должны внедрить цивилизацию среди дикарей. У Киплинга есть поразительное стихотворение, где он говорит, что английские солдаты должны идти в Африку, держа в одной руке азбуку, в другой - винтовку. Но если "черная сволочь" не станет слушать, то их научит другой учитель - пулемет.

Ничего похожего в психологии русских нет! Очень ярким признаком того, что русские не считают себя выше других народов, служит то, как легко они вступают в смешанные браки. И ведь никогда не бывает, чтобы положение человека понизилось из-за того, что у него жена - татарка или грузинка. Вот в Прибалтике (по крайне мере, в Латвии и Эстонии) сейчас ведется постоянная борьба против смешанных браков: не только агитация против заключения таких браков, но и давление, чтобы добиться расторжения уже заключенных. Это лишнее доказательство - как легко русские в такие браки вступали.

Фашизм эксплуатирует гипертрофированное, обостренное национальное чувство. Русские же сейчас страдают как раз от болезненного упадка этого чувства. Положение 25 миллионов русских, оторванных от России, вызывает очень мало интереса у населения России, политических партий, правительства. Была ли хоть какая-то реакция на русские погромы в Душанбе, на террор, которому подверглось русское население Чечни при Дудаеве? По масштабу, по нарушению всех человеческих норм Буденновск, видимо превзошел все террористические акты в истории. Захвачена была больница с родильным отделением, расстреляны лежавшие в больнице раненые, боевики отстреливались, прикрываясь женщинами. И вся Россия молчала, не было никаких протестов. В нас исчезает чувство, объединяющее людей в один народ! Это, я думаю, и есть глубинная причина наших несчастий. Но обвинять такой народ в склонности к какому-то патологическому, обостренному проявлению национального чувства, каким является фашизм, можно, только желая над ним поглумиться.

И.Р. Шафаревич