Игумен Агафон

Вступление

Ныне Монастырь подходит к дню празднования 500-летия преставления своего основателя, строгого подвижника-пустынника, святого преподобного Тихона, в миру воина Тимофея.

Перед нами стояла и остается задача воссоздать обитель во всей её внешней красе и внутренней молитвенности. Считали и считаем, что второе важнее.

Не нам судить, что удалось сделать за 7 лет. Воссоздать монастырский дух, конечно, труднее, чем восстанавливать внешний облик монастыря. Хотя то и другое не может не быть связано между собой. Каждый кирпич, положенный в здание монастыря, был кирпичом духовного здания, которое (мы знаем) строится на небе. Восстановив ограду, мы почувствовали, что сделано очень важное дело: образовался свой климат и как бы щит против влияния мира.. Когда же был воздвигнут семнадцатиметровый шпиль с крестом на колокольне, мы почувствовали, что наш путь к Богу стал короче.

Когда повесили на колокольню 5 колоколов, исчезли куда-то огромные крысы, нахально сновавшие по территории, и ослабели наши извечные духовные враги.

Мы ясно ощущаем помощь в делах от наших святых покровителей Николая Чудотворца, Тихона Лухского, Сергия Радонежского, Серафима Саровского.

И когда мы установили в монастыре ежедневные службы, эта помощь увеличилась. Теперь без ежедневной литургии у нас уже более 6 лет не проходит ни одного дня.

Мы живем в трудные времена. Впрочем, для верующих людей они легкими никогда и не были. Может быть, потому именно, что явных препятствий Православию сейчас не чинят и нет явных гонений извне, они возникают внутри, что гораздо страшнее Как страшен удар в спину, когда его не ожидаешь. Да и когда ожидаешь - не легче. Кто испытал это, тот поймет, о чем мы пишем.

Когда выгодно и безопасно принадлежать к Православию, тогда проникают туда носители неправославного духа, духа корысти, стяжательства, гордыни, а также и мирских пороков.

Внутри православия (впрочем, и во все времена так было) идет борьба верующих с неверующими, почитающими себя "верующими", или числящимися ими.

Диавол даже образ Спасителя принимает, не только священника.

Утешение состоит в том, что Господь своих не оставляет, хотя своих у Него никогда не было много. К счастью, победа одерживается не числом.

Мы ставили перед собой задачу воспитать в монастыре монархическое сознание, ибо никак не можем себе представить достойного священника демократом или республиканцем.

К сожалению, вне монастыря пока не все это понимают, ибо не всем это выгодно понимать.

Мы постарались собрать людей искренних, ищущих монашества не как прибежища от мирских бурь, а ради битвы за души. Знаем, что таких немного, и потому не ищем количества.

Задачей внутри Монастыря стало избегать неверующих, какими бы богословами или умельцами они не являлись. Критерием для нас всегда была искренняя вера. И мы стали бояться "умных". "Умный" в том смысле, в котором мы сейчас его употребляем, это всегда надеющийся более на себя, чем на Бога гордый человек, лишенный благодати. В этом смысле мы предпочитаем быть "дураками" и рядом с собой видеть таких же.

Обитель возникла в борьбе (или для борьбы) за Православие. Как капля, взятая из колодца, имеет все качества воды в колодце, так история Монастыря есть история России за последние 500 лет.

Во второй половине XIV века 40000 днепровских казаков пришли в Литву к сыну Вел. князя Гедемина, королю Ольгерду. Это объяснялось православием Ольгерда. Русские занимали тогда высокое положение в Литве. Если бы история могла пойти по другому пути, центр Православной России мог быть в Литве. Православный король Ольгерд с казаками не раз разбивал монголов и немецких рыцарей. Но вот Ольгерд умер. Его сын, Ягайло, оказался вероотступником. Передавшись римскому папе, он начал принуждать к этому и своих подданных, а также пошел на союз с Мамаем. Но днепровские казаки со своим атаманом Боброком приходят на помощь к Вел. князю Дмитрию Донскому и оказывают решающее влияние на ход Куликовской битвы. Переходят к Дмитрию и православные братья Ягайло - князья Андрей и Дмитрий. Так духовно погибла могучая Литва, отказавшись от Православия.

В конце XV века в Литве усилились гонения на Православие. Правнук короля Ольгерда князь Федор Бельский со своим ратником и другом Тимофеем (впоследствии великим святым Тихоном) после неудавшегося восстания уходит в Россию на службу к столпу Православия Вел. князю Ивану III.

Князь Федор основал целую династию князей Бельских, политических и военных деятелей России, последним из которых стал святой преподобный мученик Галактион, избравший духовный путь.

Князя Ивана Бельского, внука кн. Федора, царь Иван IV Грозный называл одним из трех столпов державы. Двое других это - сам царь Иван и князь Мстиславский.

Нам думается, что не меньшим столпом Православия был и остается Преподобный отец наш Тихон, основатель нашей святой обители.

Роль обители в защите Православия всегда была велика, хотя внешне и не особенно декларировалась.

Наступало смутное время в России. Умер последний потомок князя Владимира, праведнейший царь Феодор, которого "умные" головы считали не способным к правлению (что не мешало России при нем благоденствовать, опираясь на его молитвы и Православие). Однако, когда воцарился "умный" царь Борис, за его злодейство на Россию надвинулись тучи. Грехи Царя - грехи народа.

Итак, наступило "смутное время" - битва за существование Православия на Руси, ибо ещё со времен князя Владимира католицизм - непримиримый враг Православия. Вспомним Святополка: он был папистом и умертвил св. князей Бориса и Глеба.

На эту духовную брань и пришел на Лухскую землю воин Тихон-Тимофей. Он пришел, чтобы построить здесь цитадель Православия. Его дело продолжал созданный им Монастырь. Так было и при игумене Ионе (Балахонце) в Смутное время. Не сразу сориентировался Иона. Слишком много было с Лжедмитрием II русской знати, многие из которых имели поместья вблизи Монастыря и были его вкладчиками, да и Патриархом при Лжедмитрии II был сам Филарет (Федор Никитич Романов) - отец будущего царя Михаила и будущий Патриарх всея Руси.

Отошла от веры Русская земля, забыла о том, что главный враг её (Православия) - католицизм и получила Смутное время. Захотелось ей "умного" царя - получила злодея. Не в уме дело, а в верности Православию. И когда во главе с Патриархом Ермогеном Русь пришла к Богу, то ей была дарована Творцом династия Романовых, сделавших Россию могучей державой.

... В ХХ веке вновь забыла веру Русская земля, народ попустил цареубийство, и грянуло еще большее наказание Божие: умылась кровью своей Россия и весь мир с нею. Революция.

Ныне поднимается Православие. Православными себя называют уже многие. Но если Православие не станет государственной религией, ее вождями не станут православные государственники, и если не будут изгнаны из страны разлагающие ее секты, Россия окончательно погибнет. Мы верим, что этого, по милости Божией, не произойдет. Монастырь снова возрождается как цитадель Православия, и ничто его уже не остановит на этом пути. Хотя желающие остановить его имеются. Но с нами Бог, св. Николай Чудотворец и преподобный отец наш Тихон Лухский.