Блаженнейший митрополит Владимир (Сабодан).

ВОЙНА

К грядущей войне США со странами, на добро которых они позарились

Война... Чудовище, несущее ужас и несчислимые бедствия, жуткий призрак, грозящий гибелью и страданиями многим миллионам людей,-вот что такое война, в особенности в современных условиях. Поэтому мы говорим об "ужасах войны", "бедствиях войны", и дико звучали бы для нашего слуха выражения вроде "благодеяния войны" и т.п.

Как человек ценит жизнь! Какими средствами и с какими усилиями медики стараются сохранить всякую жизнь! Они готовы пожертвовать всем для спасения одной только жизни, а война влечет тысячи и миллионы человеческих жертв!

Воюющий нередко утрачивает не только физическое здоровье, но и сознание своего человеческого достоинства, пренебрегая духовными качествами, данными ему Богом, дает волю страстям и как бы перестает быть существом, созданным по образу и подобию Божию, опускаясь до уровня животного. Во время войны человек забывает и попирает святейшую заповедь любви, которую словом и делом преподал людям Спаситель, пришедший на землю, чтобы принести мир и спокойствие, чтобы вывести человечество из холодной тьмы вражды и ненависти и привести его к светлому и согревающему душу сознанию необходимости подлинно братской любви, поскольку все люди-братья и сестры, члены одной великой семьи.

У многих народов приветствием служит взаимное пожелание мира, что, конечно, предполагает осуждение войны. В наших храмах возносятся моления "о временех мирных", об избавлении от меча и браней, причем последние ставятся в один ряд с "гладом, потопом, трусом, огнем"; мы просим "мира мирови", молимся, "да тихое и безмолвное житие поживем" и т.д. Все это доказывает, что нравственное сознание осуждает войну, что война признается злом, истинным бедствием, которого не может желать ни один нравственно и умственно нормальный человек.

Две тысячи лет прошло с того великого момента, когда на темном небосклоне засияла вифлеемская звезда. Она озарила мир мрака и греха, возвестила погрязшему во зле роду человеческому начало новой жизни. Но даже в те дни, когда Церковь воспоминает Рождение Спасителя, не утихает грохот войны, доносятся вопли и стоны умирающих на поле брани, плач сирот... Так было на протяжении всей истории человечества. Горько, обидно и тяжело делается душе христианина при виде этого ужасного зла. Да, война есть страшное зло! Она несет с собою страдание и смерть, разорение и гибель, нарушает мирное течение жизни, уничтожает плоды культуры и цивилизации.

Где же источник этого страшного бедствия? Почему же сознательными усилиями человеческого разума мир не всегда и не везде поддерживается? В чем корень зла, мятежа и несогласия в обществе, где первопричина этого?

По учению святого Григория Богослова, первопричиной зла является тот, кто "дерзнул произвесть возмущение, и выше своего достоинства вознес выю против Господа Вседержителя... замыслил "о престоле выше облак" (Ис. 14,13-14), т.е.- диавол". "Диавол не только сам с собою в раздоре... но то же производит и в других, как человекоубийца искони и ненавистник добра".

Обольщением этого ненавистника в природу человека вошли зло и вражда, нарушившие мирные отношения его с Богом и со своей собственной совестью.

В книге Бытия ясно говорится, что Бог призвал к жизни первых людей не для войны, а для мирного преуспеяния во взаимной любви. Однако первые люди уклонились от светлого предназначения. Соблазнясь возможностью сразу же стать, как боги, они нарушили Божию заповедь и вступили на путь познания добра и зла.

Путь, избранный первыми людьми, оказался скорбным и трудным. Изменив нравственному закону Божию, они попали в зависимость от законов физических. В отношениях между людьми воцарилось право сильного, и в первой человеческой семье совершилось первое братоубийство. Вражда разделила людей, и древние народы почти не выходили из состояния войны.

Вся ветхозаветная история показывает, что война не была изначальным и естественным явлением жизни людей, а возникла, как бедствие и зло, вызванные свободным уклонением человека от идеала, т.е. грехопадением.

"Чтоб уничтожились войны, для этого необходимо было подавить в человеке его дурное эгоистическое чувство и вместо него возбудить противоположное. Эту задачу и взяло на себя христианство, проповедующее, чтоб человек любил своего ближнего, как самого себя" , потому что все мы чада одного Бога, все одинаково пали в лице своих прародителей и одинаково искуплены Спасителем.

Поскольку "война-одно из самых сильных свидетельств о глубокой испорченности человеческой природы, одно из величайших бедствий и казней на земле", поскольку "война-аномалия", то многие высказывались против какого-либо участия в войнах. "Христиане первых веков избегали служить в войсках, считая убийство врага даже в открытой войне преступным (Василий Великий, Тертуллиан, Ориген, Лактанций). В IV в. христианство, ставшее государственной религией, изменило свое отношение к войне (оправдание войны блаженным Августином), признав возможность участия в ней при условии, что она имеет оборонительный характер. Такие войны считались справедливыми. В средние века решение вопроса о справедливости войны предоставлялось совести ее участников. Запрещение активно участвовать в войне распространялось лишь на духовенство, но, при непрерывных войнах средних веков, и это плохо соблюдалось. Церковь, однако, не отказалась от своего призвания водворять мир: некоторые результаты были достигнуты путем установления Мира Божия; нейтрализацией церквей, монастырей и богоугодных заведений: покровительства мирному населению, в особенности духовенству, паломникам, учащимся. Позднее Церковь принялась и за регулирование средств войны, запрещая употребление метательных снарядов, отравленного оружия; благодаря ей христианские народы перестали обращать пленных в рабство: пленные освобождались за выкуп, иногда под честное слово до предоставления выкупа. Во многих случаях исходом этой борьбы бывали договоры или соглашения, освящавшиеся Церковью.

Христианское учение дозволяет поднимать оружие против врага, отличая убийство от убиения на поле битвы и полагая это отличие в неодинаковых состояниях воли воюющего и убивающего. При этом всегда разумеется, что убийца, совершая свое злодеяние, руководствуются исключительно порочными инстинктами и страстями. Воин же, если и убивает врага на войне, то, во-первых, исполняет этим только воинский долг, который повелевает оберегать всеми мерами, не щадя своей жизни, мир и спокойствие защищаемой им страны от нападающего врага; во-вторых, соблюдает заповедь любви к ближнему, полагая душу свою за живущих в этой стране.

Воинам, спрашивавшим Иоанна Крестителя: "Нам что делать?", он не воспретил оставаться в их звании и исполнять свои обязанности, а сказал только: "Никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем" (Лк. 3,14). Сам Господь "не повелел капернаумскому сотнику оставить свою службу, равно как и не говорил ничего подобного и апостол Петр сотнику Корнилию". Таким образом, слово Божие дает возможность сделать некоторые выводы относительно войны: "Нет власти не от Бога... Начальник... не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое" (Рим.13,1,4). Поставленные Богом представители власти носят меч с целью вразумлять злодеев ", попирающих добро и справедливость. Такими злодеями могут быть как отдельные лица, так и целые общества, народы. Для восстановления попранной правды приходится волей-неволей воевать с ее нарушителями и таким образом, с одной стороны, наказывать их, а с другой - обеспечивать торжество правому делу.

"Война с христианской точки зрения есть средство к прекращению несправедливости и восстановлению требований справедливости. Она допустима для христианина только тогда, когда направлена на достижение этих целей, и только тогда, когда она именно является средством этого достижения. Таких взглядов на войну Церковь держалась искони".

В тяжкие времена Православная Церковь благословляла оружие поборников Божественной правды. Так, новгородский святитель Спиридон благословил русского князя Александра Невского на битву с немцами (1242 г.). Преподобный Сергий Радонежский благословил Димитрия Донского на подвиг освобождения Руси от татарского ига. Православная Церковь в лице великого святителя и страдальца Ермогена благословила лучших русских людей на борьбу за спасение Руси в смутные 1611-1612 годы, когда ее терзали внешние и внутренние враги. Благословляя оружие для победы над врагами, Церковь в то же время молится о мире ...

Войны могут исчезнуть на земле лишь тогда, когда будут уничтожены действительные причины вражды, коренящиеся в человеческом сердце. На перевоспитание людей и направлена вся духовная работа христианской религии.

Пока существует зло как источник вражды и разделения, народ на земле не перекует мечи на орала, чтобы не стать жертвой тех, кто руководим злой волей и склонен посягать на благополучие ближних. Поэтому в отдельных случаях, когда самое зло необходимо заставлять служить добру, оборонительная война должна быть признана законной. Православная Церковь не может не благословить самозащиту и даже защиту подвергшейся нападению стороны. В таком случае вынужденная война становится справедливой, делается единственным средством для восстановления поруганных прав, и участие в ней открывает христианину широкие возможности к приложению заповеди: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин.15,13).

Война агрессивная, вызываемая низменными побуждениями властолюбия, мести и наживы, осуждается христианством.

Мы не находим прямых суждений о войне в Евангелии, потому что оно обращено не к обществу или государству, а к человеку, к его душе, совести, чувству и разуму. Тем не менее, "Евангелие учит любви, и каждому ясно, что оно против войны. Осуществление Евангельских заветов может вести и ведет только к отрицанию войны и всякого насилия между людьми, ибо Христос заповедал любовь даже по отношению к врагам. "Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас" (Мф.5,43-44)".

Без сомнения, старания вовлечь человечество в войну, служат тому, кто "сначала согрешил": "Дети Божий и дети диавола узнаются так: всякий, не делающий правды, не есть от Бога, равно и не любящий брата своего" (1 Ин.3,10). Ясно, что разжигание войны может быть делом лишь детей диавола, который "был человекоубийца от начала" (Ин.8,44); это дело Каина, "который был от лукавого и убил брата своего" (1 И н. 3,12).

Кому подобны люди, жаждущие войны? Конечно, не Тому, Кто сказал о Себе: "Я кроток и смирен сердцем" (Мф.11,29), и еще: "Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих" (Мф.20,28). Нет, они подобны тому, кто возгордился и хотел быть на месте Бога.

"Если миротворцы, - говорит св. Иоанн Златоуст,- сыны Божий, то возмутители-сыны диавола".

Христианство осуждает людей, "ненавидящих мир" (Пс.119,6), ибо Христос есть "Начальник мира" (Ис.9,6), пришедший на землю, чтобы возвестить мир "дальним и близким" (Еф.2,17).

Тем, кто хочет войны, полезно помнить, чем окончились грозные завоевания Тамерлана, Александра Македонского, римлян, Наполеона и более близкая к нам по времени попытка нацистов овладеть всем миром.

Нам же, христианам, всего важнее и дороже уроки библейской истории. Можно ли забыть безумного Навуходоносора, отлученного от людей, обросшего, как зверь, волосами-этого грозного владыку древнего мира, наказанного Богом за гордость и превозношение? (Дан.4,26-34). Можно ли забыть трепещущего Валтасара, когда он следил за рукой, пишущей на стене таинственные слова: "мене, текел, упарсин"? (Дан.5). Можно ли забыть страшную ночь, в которую Ангел Господень истребил 185-тысячное ассирийское войско, хотевшее овладеть Иерусалимом? (4 Цар.19,35). Можно ли не помнить грозные слова пророков Иезекииля и Исаии о гневе Божием на народы, превозносившиеся своей силой и попиравшие Божию правду и страх Божий?

Разрушение вавилонской башни есть глубочайший символ мировой истории. Слишком прочно утвердившиеся на земле, бросившие Богу вызов, забывшие о Нем-погибают. Много подобных башен рухнуло в пропасть: Вавилон, Рим, Франция (XVIII в), Германия...

Враги мира, теряя веру, неотъемлемую от любви, утратили великий закон Христов, забыли все святое, и точно сами хотят приблизить исполнение страшного пророчества Христова о приближении Страшного суда: "Восстанет народ на народ, и царство на царство" (Мф.24,7); не боятся страшного апокалиптического всадника на рыжем коне с большим мечом, которому "дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга" (Откр.6,4).

Не их ли предупреждает апостол Павел: "Весь закон в одном слове заключается; люби ближнего твоего, как самого себя. Если же друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом" (Гал.5,14-15).

Во всеоружии веры христиане должны все вместе исповедывать: война противна Христову учению, которое мы исповедуем, война зовет к вражде и попирает любовь, война осуществляет насилие, осуждаемое христианской свободой, война обесценивает человеческую личность, носящую образ и подобие Бога.

Высокая Правда, которой создана и поддерживается гармония вселенной, не допускает, не дает возможности дезорганизующим жизнь хаотическим силам одержать верх. Она допускает их как наказание, как испытание, ради побуждения человека к собственной инициативе в борьбе со злом. Человек не должен предоставить данную ему Богом свободную волю, свой разум-частицу разума Божия, в бесконтрольное распоряжение злу. Хаос как зло да подчинится Правде, которую носит в себе, в своем разуме, сердце и воле созданный по образу Божию человек!

"Христос - спаситель мира"