2. Эволюция духовных основ воинского воспитания в истории России

В России до 1917 г. воспитание личного состава армии и флота базировалось на православной религиозности.

Согласно православному мировоззрению человек имеет тело (физическую оболочку), душу (разум, волю, чувства), а также дух (дыхание или образ Божий в человеке). Исходя из этого представления строилось воспитание воинов вооруженных сил России. Так, в соответствии с директивой Главного штаба № 16 от 3 февраля 1909 г. и Уставом внутренней службы 1910 г. воинское воспитание состояло из следующих видов: телесного, или физического; умственного, или "душевного"; духовного, то есть религиозно-нравственного.

Физическое воспитание имело целью укрепить здоровье, силу и ловкость (выносливость) воинов. В ходе умственного воспитания у воинов вырабатывалась система определенных знаний, а также сознательность, умственные и другие психологические способности и качества.

Целью духовного, религиозно-нравственного, воспитания было формирование у воинов жертвенной любви к Богу и ближним своим, как к самому себе, и на этой основе - сознательной готовности добровольно отдать жизнь свою за Веру, Царя и Отечество, своих командиров, ближних своих. Особенно большое внимание этому уделял А. В. Суворов. Во главу своей системы воспитания и обучения он поставил развитие религиозного и нравственного чувства, духовное воспитание солдат. В 1771 г. Суворов писал: "… сих мужиков в солдатском платье учили у меня… молитвам. Так догадывались и познавали они, что во всех делах Бог с ними… Без … послушания и благонравия нет исправного солдата" [230:17 - 18] Суворов сам составил для солдат молитвенник и краткий катехизис [192:9].

Наше отношение к А. В. Суворову известно - очень уважительное. А его отношение к атеистам, безбожникам? В апреле 1799 г. Суворов писал генералу австрийской армии М. Меласу: "Италия должна быть освобождена от ига безбожников и французов: всякий честный офицер должен жертвовать собой для этой цели" [230:123]. Таким образом, до революции воспитание в российской армии было трехсоставным: физическим, умственным и духовным. При этом духовное, религиозное воспитание было главным, основным. Оно являлось тем внутренним стержнем, который обеспечивал добровольное самопожертвование. Воспитательное воздействие командиров и штабов было лишь дополнительным внешним воздействием на воина.

Трехсоставное воспитание обеспечивалось соответствующими органами воспитательной работы. К началу Первой мировой войны в русской армии система органов воспитательной работы состояла из двух основных звеньев: 1) командиры и штабы, занимавшиеся вопросами умственного и физического воспитания; 2) военное духовенство (с 1717 г.). Кроме решения задач общего религиозно-нравственного воспитания военное духовенство имело целью формирование у воинов патриотического сознания, верности воинскому долгу, готовности пожертвовать жизнью за свой народ и Отечество. Институт военного духовенства насчитывал до 1000 человек и включал следующие три основные ступени:

- высшую ступень - протопресвитер военного и морского духовенства с соответствующими органами управления. По своему положению протопресвитер приравнивался к архиепископу в духовном мире и генерал-лейтенанту в военном отношении. Он назначался из среды белого духовенства из числа протоиереев и имел право на личные доклады царю;

- среднюю ступень - институт дивизионных благочинных;

- нижнюю ступень - полковых священников, на которых ложилась основная работа по духовному, то есть религиозно-нравственному, воспитанию воинов.

С точки зрения Православия, высокий уровень учебно-воспитательного процесса и духовного потенциала личного состава армии дореволюционной России обеспечивался рядом факторов:

- во-первых, влиянием религии. "Сила религиозных идей заключена в способности создавать душевное равновесие, уверенность в правоте устремлений верующего человека, надежду на справедливость по отношению к нему в будущем. Вера делает человека счастливым. Это успешно использовал в своей "Науке побеждать" великий русский полководец А. В. Суворов. Суворовский "чудобогатырь", который шел на смерть, знал, что ему и после смерти "там" будет хорошо, так как он идет в бой за веру, за "Дом Святой Богородицы"… Именно религиозная вера … бывала тем цементом, которым в истории человечества не раз талантливые вожди … сплачивали свои армии; они давали солдату, шедшему на смерть, счастье и спокойствие перед лицом смерти" [22:197]. Православный русский человек не боялся смерти, потому что ее, по Православию, нет, а есть жизнь, причем вечная, после смерти. Поэтому А. В. Суворов и говорил своим воинам: "Убьют - что на пенсию с полным пансионом …" [22:197]. "Кого из нас убьют - Царство Небесное! Церковь Бога молит" [230:58];

- во-вторых, частым покаянием в своих грехах на исповеди и причастием Плоти и Крови Иисуса Христа во время Божественной литургии. К этим таинствам не могут приступить воины, не примирившиеся со своими ближними, личными врагами или обидчиками. Принявшим эти таинства в день смерти Бог может даровать спасение души - главное, чего должен достичь человек за время своей земной жизни. Известно, что А. В. Суворов в день своей смерти 6 мая 1800 г. исповедовался и причастился. И произнес: "Долго гонялся я за славой - все мечта, покой души - у Престола Всевышнего" [230:138];

- в третьих, молитвой и постом, то есть самоограничением не только своей плоти (страстей), но и души (своих отрицательных мыслей, чувств, ощущений по отношению к ближним, в том числе к личным врагам своим). Адмирал Ф. Ф. Ушаков после взятия штурмом крепости острова Корфу приказал отслужить благодарственный молебен Богу. В день сражения в Синопской бухте (18 ноября 1853 г.) на всех кораблях был молебен. А после сражения вице-адмирал П. С. Нахимов приказал: "На всех судах эскадры отслужить благодарственный молебен Господу Богу…"

А. В. Суворов перед каждой битвой приказывал отслужить молебен. Ордена и медали он всегда вручал в церкви и учил подчиненных: "Молись Богу: от Него победа, Он - твой генерал".

Перед взятием крепости Измаил Суворов повелел: "Сегодня молиться, завтра поститься, после завтра - победа или смерть!".

Сам А. В. Суворов - пример воздержания и поста: ел самую простую пищу - щи, кашу, редьку, капусту; вместо вина пил квас; не любил ни пиров, ни роскоши; никогда не играл в азартные игры; спал на сене, называя его "солдатским пухом", зимой ходил без меховой одежды; отказывался от всяких излишеств и удовольствий.

Суворов завещал нам: "Потомство мое прошу брать мой пример: всякое дело начинать с благословением Божиим … избегать роскоши, праздности, корыстолюбия и искать славы через истину и добродетель" [192:9];

- в четвертых, воспитанием патриотизма, жертвенной любви к своей Родине, своему отечеству земному. Суворов завещал: "До издыхания будьте верным Государю и Отечеству" [230:53]. Но земной патриотизм, любовь к Отечеству земному - лишь часть любви христианской, православной, жертвенной до смерти прежде всего за Бога. Суворов призывал: "Умирай за Церковь и Царя… Умирай за Дом Богородицы!" [192:9; 193:14; 230:57]. В декабре 1798 г. А. В. Суворов послал императору Павлу I прошение: "Ваше Императорское Величество, всеподданнейше прошу позволить мне отбыть в Нилову Новгородскую пустынь, где я намерен окончить мои краткие дни в службе Богу. Спаситель наш один безгрешен. Неумышленности моей прости, милосердный Государь. Повергаю себя к освященнейшим стопам Вашего Императорского Величества. Всеподданнейший богомолец Божий раб Граф Александр Суворов-Рымникский" [193:14; 230:120];

- в пятых, воспитанием высшего патриотизма, патриотизма православного - внутренней потребности к самопожертвованию, то есть потребности лично жить вечно в раю, отечестве нашем небесном. Но самопожертвование - это не самоубийство, не суицид. "Человек обладает бессмертной душой, а потому посредством самоубийства в принципе невозможно разрешение никаких проблем. Лишение себя жизни - самообман и ложный выход из положения. Ибо самоубийца покидает этот мир, испытывая душевные страдания, неся в своей душе ад… Терзаемая этими муками, бессмертная душа отходит в вечность, унося с собой весь ужас и всю боль переживаемых страданий. Так временное страдание становится вечным. Стремясь к освобождению от земных мытарств, самоубийца ввергает себя в пучину бесконечного страдания.

Самоубийство является великим грехом перед Богом еще и потому, что только Творец обладает властью над нашей жизнью и нашей смертью… (Он дает жизнь и Он ее забирает. -О. З.).

Чего человек не вправе сделать, так это отнять у себя жизнь. Это право принадлежит только Богу. И когда человек решает покончить жизнь самоубийством, он посягает на власть Божию. Поэтому самоубийство есть крайнее выражение богоотступничества.

Есть и еще один аспект, связанный с грехом самоубийства. Человек, по собственному произволению покидающий этот мир, тем самым всецело отрекается от него. Значит, отказывается он и от спасительной Церкви Христовой, несмотря на то, что был крещен. Другими словами, самоубийца сам отлучает себя от церковного общения, сам возлагает на себя анафему. Вот почему самоубийц как своевольно отпавших от народа Божия не отпевают. По той же причине Церковь никогда не молится о загробной участи самоубийц…

Самоубийство обрекает бессмертную душу вечным мукам, приговаривает ее тому нескончаемому аду, которым был наказан Иуда" [103:351, 353] (точнее - он сам себя наказал).

Патриотизм, самопожертвование проистекают из самой сути христианства. Христианство - это Христос, Бог. А Бог есть Любовь жертвенная: Иисус Христос принес в жертву себя за преступления (грехи) других, за наши грехи, чтобы мы могли, покаявшись, попасть в рай, обрести там жизнь вечную после смерти.

Готовность военнослужащих к самопожертвованию объяснялась их глубокой верой в то, что душа воина, погибшего за интересы Отечества и ближних своих, избегает прохождения двадцати мытарств, а следовательно и ада, и обретает жизнь вечную в раю. Православная вера была тем внутренним стержнем, который пронизывал все содержание и все виды воинского воспитания - физическое, умственное и духовное. При этом духовное, религиозное воспитание было главным, основным.

В вооруженных силах дореволюционной России самопожертвование достигалось не из вне, не внешним принуждением командиров и штабов, не органами воспитательной (политической) работы, а прежде всего внутренней, религиозной потребностью - желанием достичь рая, жизни вечной, минуя 20 мытарств путем любви жертвенной до смерти (самопожертвования) в бою за Веру, Царя и Отечество. А воспитательное, внешнее влияние на личный состав командира и штабов было лишь дополнительным воздействием на военнослужащих. Духовное, "внутреннее" воспитание "вспахивало", приготовляло то благоприятное поле души воина, на которое потом падало зерно воспитательного воздействия командиров, штабов, воспитателей.

Таким образом, главное, что лежало тогда в основе дисциплины и патриотизма - это покаяние, причастие, таинства, благодать Святого Духа.

После революции 1917 г., когда духовные основы воинского воспитания были разрушены, на первое место вышло внешнее, принудительное воспитание: политическое, атеистическое, советское, социалистическое, бездуховное, основанное на ненависти (то есть на смертном грехе) к другим людям и целым народам. А духовное, религиозное, православное воспитание воинов запрещалось. Отсутствие духовного воспитания и института военного духовенства пытались компенсировать внешним принуждением, все более разраставшейся системой партийно-политического аппарата (политорганы, парторганзации, замполиты). Однако компенсировать отсутствие духовного воспитания увеличением бездуховной системы политорганов и парторганизаций невозможно, так как, во-первых, другим становится смысл жизни (в смерти, а не в жизни вечной) и, во-вторых, другими, бездуховными (без таинств, без благодати) становятся и средства воспитания. Следовательно, одно дело - умирать за политическую партию и ее генерального секретаря (человека грешного), и принять смерть вечную. И другое - за царя, помазанника Божииего, за Бога, то есть за жизнь вечную. У атеистов нет и не может быть индивидуальной, личной заинтересованности и потребности в смерти, то есть в жизни вечной в раю. У неверующих нет смысла смерти как жизни вечной.

Таким образом, в советский период времени религиозное воспитание воинов и институт военного духовенства были упразднены. Вместо них была создана система воспитательной работы в лице командиров, политорганов и военных советов, опиравшихся в своей деятельности на партийные и комсомольские организации. В основе антидуховного, антирелигиозного воспитания воинов были атеистическое мировоззрение, вера в непогрешимость руководства страны и Коммунистической партии, чувство ненависти к классовым врагам, преданность социалистическому, то есть атеистическому, антиправославному Отечеству.

В результате отделения (в 1918 г.) государства и школы от Церкви народ лишился духовного воспитания благодатью Святого Духа. А благодать Бога невозможно заменить человеческим (партийным, политическим, классовым и др.) воспитанием.

В постсоветский период, когда "социалистические идеалы" оказались разрушенными, а новые еще не сформировались, в умах людей образовался духовный вакуум, свойственный и армейской среде, являющейся составной частью общества. Но постепенно, особенно с середины 90-х гг. XX в., появлялся интерес к проблемам духовного, религиозно-нравственного воспитания и намечалась тенденция к возрождению некоторых элементов органов и системы духовного воспитания военнослужащих. Об этом свидетельствуют:

- принятие совместного Заявления Министерства обороны Российской Федерации и Патриарха Московского и всея Руси по вопросам укрепления сотрудничества и взаимодействия армии и Русской Православной Церкви (2 марта 1994 г.);

- образование Координационного комитета по взаимодействию между РПЦ и Вооруженными Силами Российской Федерации и принятие (в апреле 1994 г.) Положения об этом Комитете;

- введение должности офицера по взаимодействию с религиозными организациями, начиная от соединения до вида Вооруженных Сил (май 1994 г. С мая 1995 г. - офицер по взаимодействию с общественными и религиозными организациями);

- проведение первой Всероссийской конференции: "Православие и Российская армия" (25 - 27 октября 1994 г.);

- учреждение Синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными Силами Российской Федерации и правоохранительными органами (июль 1995 г.), в который организационно вошел Комитет по взаимодействию между Вооруженными Силами Российской Федерации и Русской Православной Церковью;

- образование факультета православной культуры в Академии РВСН имени Петра Великого;

- издание приказа министра обороны Российской Федерации № 235 от 3 июня 1995 г.: "О совершенствовании воспитательной работы в Вооруженных Силах Российской Федерации", в котором, в частности, отмечалось: "Работу по взаимодействию с религиозными объединениями… использовать в интересах российской духовности и традиций самоотверженного служения Отечеству";

- наличие православных храмов в расположении 156 воинских частей и еще 400 храмов в местах дислокации воинских соединений (октябрь 2004 года);

- защита в Военном университете РФ диссертаций на религиозную тематику, в том числе: защита кандидатской диссертации подполковником А. В. Байдаковым "Православное духовенство русской армии и флота (вторая половина XIX - начало ХХ в.)" (1994 г.); докторской диссертации полковником И. Я. Шимоном "Отношения Советского государства с Русской Православной Церковью в период Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг." (1995 г.); кандидатской диссертации подполковником А. Л. Акуличем "Возможности психологического влияния православия на личностный смысл боевой деятельности офицера" (1996 г.); кандидатской диссертации подполковником П. А. Денисенко "Современная религиозная ситуация в Российской Федерации и ее Вооруженных Силах: основные противоречия и тенденции развития" (Социально-философский анализ) (1997 г.); кандидатской диссертации А. М. Кузнецовым "Православное духовенство морского ведомства России и его роль в укреплении флотских традиций (XVIII - начало ХХ века)" (2000 г.); кандидатской диссертации подполковником В. А. Ахмадуллиным "Политика Советского государства по отношению к мусульманской религии в 1917 - 1945 гг." (2002 г.) и др.;

- появление войсковых священников сначала в Чечне (отец Киприан и др.), а затем и в силовых ведомствах Российской Федерации: в настоящее время в них на добровольных началах духовно окормляют личный состав около 400 священников Русской православной церкви. Активное взаимодействие с руководством Главного управления воспитательной работы Вооруженных Сил, Главкомата Сухопутных войск, частей погранвойск Республики Дагестан, Военного университета ВС РФ и военными средствами массовой информации осуществляет и Совет муфтиев России (см.: Веремчук В. И. Военная служба и религия. М: ВУ, 2005. С. 120 - 122).

Таким образом, налицо попытка постепенного возрождения элементов трехсоставной системы воинского воспитания - религиозно-нравственного, умственного и физического и соответствующих им органов воспитательной работы с учетом дореволюционного опыта российской армии. Этого требует современная, в том числе и религиозная, ситуация в обществе и его Вооруженных Силах. В 1996 г. в России верующие составляли 49,6% всего населения. Среди них - 74% православных и 19% мусульман. В Вооруженных Силах в 1999 г. верующие составляли 32% всего личного состава. Из них православных было 84% и мусульман - 3% [19:73, 130, 150]. В 2003 г. численность верующих военнослужащих ВС РФ составила 43% [20:243].

К вере постепенно приходит и часть высшего командного состава. Генерал-полковник В. А. Шаманов отмечал: "Вера в какой-то степени всегда во мне присутствовала. Мне родители рассказывали, что мои бабушка и дедушка, когда я родился, не разрешали приносить меня к ним в дом, пока меня не крестили. Ну это из детства. А так сама жизнь военного, война учат. Помню, в 91-м году в Нагорном Карабахе попали под жесткий артиллерийский огонь. И я, тогда еще неверующий человек, просил: "Господи, спаси и сохрани, мне нужно воспитать маленьких детей". Потом события первой чеченской кампании. Один раз на вертолете падал - отказала техника. Но как-то сели. Привычка появилась, при посадке в вертолет говорю: "Господи, спаси и сохрани". А потом просто так, при возвращении: "Слава Тебе, Господи". Знаете, на войне нет атеистов - все верят. Сегодня через войны и страдания мы возвращаемся к своим истокам. Вся Россия, каждый человек. И я вместе со всеми. Здесь, на войне, я это видел. Это наша русская правда. И не надо ничего придумывать у нас в России" [70:3].

Итак, до революции 1917 г. существовали духовные, религиозно-нравственные основы воспитания. Религиозная основа воспитания включала в себя:

- во-первых, благодать Святого Духа в человеке;

- во-вторых, веру в Бога: если есть в человеке благодать Святого Духа, то есть и вера в Него. А если в человеке нет благодати, нет Бога, то и веры в Бога нет;

- в-третьих, религиозную общенациональную, государственную "идеологию" - Православие.

Нравственная основа воспитания включила в себя 10 заповедей Божиих, любовь жертвенную к Богу, к жизни вечной, Отечеству Небесному (это высший, православный патриотизм), а потом и к ближнему, всем людям, отечеству земному (это земной патриотизм как начало патриотизма высшего, православного).

Таким образом, духовное воспитание - это воспитание на основе смирения (послушания); веры в Бога - в вечное, а не во временное - в партию, человека и т. д.; любви (а не классовой ненависти) жертвенной к Богу и ближним; уяснения смысла смерти как жизни (вечной); добродетелей - совести, долга, чести, героизма, патриотизма; православного, безгрешного, святого образа жизни и самопожертвования.

В целом духовные основы воинского воспитания до революции 1917 г., то есть в течение более 900 лет, выражались формулой: за Веру, Царя и Отечество (или: Православие - православное Самодержавие - православная народность). Однако после 1917 г. духовные основы воспитания были разрушены. Религиозные основы (благодать, вера, религиозная общенациональная идея) были отменены полностью, а нравственные основы - почти полностью и сведены лишь к низшему, земному патриотизму, любви к Отечеству земному, причем безбожному.

Поэтому оказались утерянными: смысл смерти как переход к жизни (вечной) в раю; религиозная потребность в смерти, в самопожертвовании ради жизни вечной. "Потребность в смерти", в саможертвоприношении стали привносить в человека извне, насильно - с помощью атеистической идеологии, огромного партполитаппарата. Однако нельзя заменить внутреннее - внешним, добровольность - насилием и т. д.

Сначала разрушили православную веру: начали при Петре I, а закончили марксизмом-ленинизмом (1917 - 1991), а с 1991 г. восторжествовал либерализм. Потом уничтожили православного царя (1918 г.). Затем начали разрушать и отечество земное в три этапа:

- в 1917 - 1918 г. потеряли Польшу и Финляндию;

- с 1991 г. начали терять и потеряли Среднюю Азию, Закавказье, Молдавию, Белоруссию и Украину;

- с 1994 г. были попытки разрушить уже саму Российскую Федерацию: две "чеченские войны", парад суверенитетов (Татарстана, областей Российской Федерации). Рушится отечество земное, так как рушится любовь к нему, патриотизм: не стало религиозного смысла смерти (как жизни вечной), а следовательно, и веры: за все ответим.

Отсутствие патриотизма не смогли компенсировать ни самые сильные в мире органы КГБ, ни самое сильное в мире МВД, ни самые сильные в мире советские Вооруженные Силы: СССР распался за одну беловежскую ночь.

Таковы результаты нарушения преемственности духовных основ воспитания.

По каким основным направлениям нужно решать задачу восстановления духовных основ воинского воспитания? Их, по крайней мере три:

1. Личное воцерковление воина, восстановление внутренней религиозной потребности военнослужащего к самопожертвованию.

Патриотизм, любовь к Родине, самопожертвование проистекают из самой сути христианства, из примера жертвенной любви Иисуса Христа. А внешнее воздействие (командира и штаба) - это лишь дополнительная помощь воину в бою для преодоления естественного страха гибели.

Земная жизнь рассматривается как подготовка человека к жизни вечной. За смертью тела следует жизнь вечная души. В связи с этим потребность в самопожертвовании (патриотизме) объясняется именно стремлением к жизни вечной в раю после смерти. Достичь жизни вечной, минуя (не проходя) 20 мытарств, невозможно иначе, кроме как через самопожертвование, через искупление грехов кровью в бою.

По Православию, воцерковление воина предполагает:

- крещение (дети некрещенных родителей считаются духовно незаконнорожденными);

- венчание (невенчанные родители считаются прелюбодеями, так как их брак духовно незаконен: до революции не было ЗАГСа, а было только таинство венчания, совершаемое в храме);

- покаяние и причастие: они невозможны без предварительного примирения со всеми ближними, в том числе и со своими личными врагами и обидчиками;

- чтение молитв и пост;

- православный образ жизни.

В конце 90-х гг. ХХ в. в Аризонском университете США проходила всемирная конференция под названием "Последние достижения науки о сознании". На ней прозвучали тезисы петербургского ученого, заведующего лабораторией психофизиологии Психоневрологического института им. В. М. Бехтерева профессора В. Б. Слезина и кандидата медицинских наук И. Я. Рябины. В этих вызвавших сенсацию тезисах говорилось об открытии необычайного (уникального) феномена - особого состояния человека во время молитвы.

О сути открытия рассказывает один из его авторов - Валерий Борисович Слезин: "Мы пригласили настоятеля одного из монастырей и записали его электроэнцефалограмму во время молитвы. Результат нас ошеломил. Мы обнаружили, что в полном сознании в молитвенном состоянии православного священнослужителя электроэнцефалограмма показывала полное выключение коры мозга. Человек сидел и молился, но у него полностью отсутствовал электрический импульс, свидетельствующий о работе коры головного мозга. То есть мы наблюдали состояние полного отключения мозга при ясном сознании. Мы назвали этот феномен четвертым состоянием человека. До нашего открытия наука знала три состояния человека: бодрствование, медленный и быстрый сон, которые отличаются друг от друга характерами электрических импульсов в коре. Теперь нам стало известно и еще одно состояние - полное отключение коры головного мозга при полном сознании… Получается, что молитвенное состояние так же свойственно и необходимо человеку, человеческому организму, как и три ранее известных нам… Когда в жизни человека по его воле отсутствует необходимое для него четвертое физиологическое состояние мозга, то, видимо, происходят какие-то негативные процессы… Во время настоящей молитвы происходит уход от реальности, что приводит к разрушению патологических связей. Уходя от мира, от образов патологии, человек способствует своему выздоровлению. Четвертое состояние - это путь к гармонии" [195:38].

Доктор биологических наук, профессор Валерий Слезин обнаружил, что частота альфа- и бета- ритмов биотоков коры головного мозга у молящегося православного священника замедляется в 3 - 10 раз и становится такой, как у двух-трехмесячных младенцев. С точки зрения нейрофизиологии молящиеся люди становятся в буквальном смысле слова как младенцы. При этом молящиеся полностью сохраняют и контролируют свое сознание, отмечает профессор В. Слезин. "Совсем другая картина наблюдается в мозгу во время медитации - частота альфа-ритма, наоборот, возрастает - как будто человек решает сложную задачу. Приходил ко мне один человек, постоянно практиковавший медитацию и даже основавший духовную школу. Я попросил его прочитать "Отче наш". На энцефалограмме пошли разряды, как перед эпилептическим припадком. "Выходит, Бог против медитации", - сказал я тогда. Через некоторое время этот человек позвонил и сказал, что перестал заниматься медитацией, стал ходить в церковь… Благодаря молитве выздоровела моя тяжело-больная жена… По данным американской онкологической ассоциации, воцерковленные люди, болеющие раком, в среднем живут на пять лет дольше, чем неверующие больные".

Установлено, что преобладание социального уровня сознания над другими двумя уровнями - семейным и духовным - приводит к нарушению внутреннего равновесия в сознании человека, что выражается в росте психических заболеваний, депрессий, агрессивности. Пытаясь как-то подавить эти состояния, люди употребляют наркотики и алкоголь. Предаваясь же молитве, верующий отдаляется от социального уровня сознания и переходит на духовный, что гармонизирует личность, делает ее ближе к Богу и более человечной, а следствием этой гармонии может явиться и телесное здоровье.

В. Слезин пишет, что на основании имеющегося опыта состояние больных улучшалось при чтении псалма 67 "Да воскреснет Бог, и расточатся врази его…", молитвы об исцелении больного "О, премилосердный Боже, Отче, Сыне и Святый Душе, призри благоутробно на раба Твоего…", Тропаря (глас 4) Акафиста Святителю Пантелеймону и др. По его мнению, "состояние христианской молитвы не является патологическим типа комы, гипноза, так как восприятие окружающего мира полностью сохраняется… Молитва представляет собой принципиально новое, физиологически нормальное функциональное состояние головного мозга". Тем самым наносится сокрушительный удар по фрейдизму, объявившему веру в Бога одной из разновидностей психических расстройств. Фрейд отрицал существование души как метафизического понятия и пытался объяснить весь духовный мир человека сексуальными мотивами.

Мнение Фрейда, что половое невоздержание освободит почти все человечество от неврозов и сделает нашу жизнь легче и радостнее - трагическая ошибка, принесшая колоссальные бедствия современному человечеству. Заметим, что тот же Фрейд путем анализа выяснил, что люди глубоко верующие, то есть связанные с Богом, неврозами не страдают. Но, будучи атеистом, Фрейд пренебрег этим знанием о спасении здоровья через веру в Бога и предложил материалистический, безбожный путь безнравственности, то есть путь игнорирования опыта моральных запретов, сохранявших здоровье общества на протяжении истории человечества. Такова гордыня ученого, вознесшего себя над мировым коллективным историческим опытом человечества, гордыня атеистическая, свидетельствующая, что атеизм в науке может сделать науку опасной.

Именно на примере данного "открытия" Фрейда мы видим, как ослепляет ученого атеистическое мышление. На его постулатах основана мировая сексуальная "революция", давшая трагические плоды всему миру. Человечество, впав в разврат, вовсе не осчастливилось, но, наоборот, сексреволюция привела к росту числа самоубийств, массовому развалу семей и страданиям детей, росту количества беспризорников и преступности, особенно связанной с насилием, к росту множества болезней, появлению новых венерических заболеваний, в том числе смертельно опасного СПИДа.

Появилось массовое мировоззрение, основанное на вседозволенности, морали криминального мира. Опираясь на принципы гедонизма и вседозволенности, оно привело к мировой пандемии наркомании. Человечеству вместо счастья грозит самоуничтожение. Вероятно, Фрейд не предполагал такого результата, он слепо верил в величие науки и в то, что служение науке дает право на пренебрежение опытом мировых религий.

Фрейд заложил основу атеистического направления в психологии. Однако не только он, но и многие известные психологи и психиатры ХХ в. были убежденными атеистами. Беррес Сниккер, основатель школы бихевиоризма, и Альберт Эллис, основатель учения о рационально-чувственной терапии, были, пожалуй, самыми известными из них. В итоге мир психологии стал как бы оборотной стороной атеизма. Согласно опросу, проведенному в 1972 г. среди членов Американского общества психологов, только 1 % всех психологов признали себя людьми верующими.

Величайшее заблуждение, которое охватило большинство психологов, было опровергнуто результатами их же исследований. Сначала стала очевидна практически полная научная необоснованность теории Фрейда. Психологи пришли к заключению, что вера, вопреки утверждениям Фрейда и иных теоретиков психологии, была краеугольным камнем в фундаменте умственного здоровья и полноценности человека. Американский писатель Патрик Глинн писал: "Последняя четверть ХХ века была непримирима к психоаналитическому видению, выдвинутому Фрейдом. Самым примечательным здесь было то, что все высказывания Фрейда о вере оказались абсолютно неверными. Исследования, проведенные в сфере психологии в последние 25 лет, показали, что вера в Бога не только не была своего рода неврозом, как утверждали Фрейд и его послушники, напротив, вера была самым гармоничным элементом умственного и физического здоровья и счастья человека. Множество исследований, последовательно проведенных друг за другом, показали, что существует прямая связь между здоровым поведением верующего человека, исполняющего все религиозные предписания и, как антипода вере, людей с алкогольной, наркотической зависимостью, степенью разводов и самоубийствами, депрессиями среди безбожников".

В итоге, по выражению Патрика Глинна, "в конце ХХ века современная психология, вместо того чтобы "вытеснить", как она заявляла ранее, место веры и религии, стала вновь знакомиться и сближаться с ней" и "стал очевиден полный теоретический и практический крах сухого секулярного взгляда на подсознательную и психологическую стороны здоровья человека".

Ученые высоко оценивают результаты экспериментов профессора В. Слезина. Но не все одобряют их проведение. Так, доктор медицинских наук, заместитель директора Института мозга человека Андрей Аничков отмечает: "Я знаю Валерия Слезина и могу предположить, что он действительно нащупал что-то очень интересное. Однако лично я не стал бы заниматься подобными исследованиями. Не хочу обижать Валерия, но объяснять веру наукой, на мой взгляд, кощунственно" (См.: Фомин А. В. Доказательства существования Бога: Аргументы науки в пользу сотворения мира. М., 2004. С. 334 - 339, 346 - 352, 434 - 436, 444, 445).

Тем не менее ученые приходят к выводу, что когда в жизни человека по его воле отсутствует молитва как составная часть его образа жизни, в его организме происходят определенные негативные процессы (См.: Человек и христианское мировоззрение: Альманах. Симферополь, 1997. Вып. 2. С. 143). Об этом, в частности, свидетельствуют исследования психиатра Л. А. Коха. Он пишет: "Отчуждение души от Бога есть величайшее зло. В нем и для отдельных лиц, и для общества созревает самое едкое и ядовитое вещество, которое разрушает нервы… Откуда душа черпает силу устоять против того, что на нее обрушивается и угрожает нервам? Где она берет оружие для своего победоносного отпора? Ответ тот, что ничего не достигается без религии, то есть без личного своего отношения к Богу. В религии и заключаются лучшие наши силы" [35:171 - 172]. А религия, то есть связь, общение с Богом, и есть молитва, так как молитва - это общение с Богом. Пусть верят или не верят, отмечает Л. А. Кох, но несомненно то, что религия предохраняет не только отдельных лиц, но и всех от многих нервных болезней [Там же:172]. Об этом пишет и французский доктор Лоран: "Действительно, приобщение Святых Тайн - великое целебное средство для души и для тела" [Там же:173].

Что касается поста, то он, по Православию, трехсоставный:

- телесный пост (борьба с инстинктами, страстями, похотью; здоровый образ жизни; поклоны земные и поясные; воздержание от мясной, рыбной, молочной пищи и подсолнечного масла);

- душевный пост (борьба с помыслами, отрицательными мыслями, чувствами, ощущениями; милосердие; воздержание от чтения мирской литературы, пользования СМИ, посещения театров, музеев, выставок, стадионов, спортивных соревнований и зрелищ; чтение Жития святых, творений святых отцов);

- духовный пост (смирение себя; выполнение заповедей; посещение Божественной литургии и принятие таинств; непрерывная Иисусова молитва; ежедневное чтение Евангелия и Псалтири).

Итак, необходимо личное, добровольное воцерковление воина, его укрепление в вере и любви к Отечеству земному и Небесному.

Возможно ли это без института военного духовенства?

2. Восстановление института военного духовенства в Вооруженных Силах для возрождения духовных основ воинского воспитания

Трудности на этом пути во многом надуманы. "Чаще всего можно слышать такую сентенцию: "Церковь отделена от государства". Конечно, мы много раз это слышали. Но Церковь отделена от государства и в Америке, и в Европе (за исключением некоторых стран, где наличествует государственная религия), но везде существует военное духовенство, и это отделение Церкви от государства никоим образом не препятствует созданию института капелланов. А дело в том, что у нас по-прежнему - от нашего коммунистического прошлого - отделение Церкви от государства трактуется по-советски, что-де государство "светское" - значит атеистическое. Светский человек может быть и религиозным человеком, он может быть и атеистом. Но у нас понимается так, что если ты светский, то, значит, абсолютно безрелигиозный. Это, конечно, в корне неверно. Наша Россия, Российская империя тоже была светским государством. Никто ведь не дерзнет называть Российскую империю религиозным государством. Нет, это было светское государство, но, конечно, его духовной основой было Православие. И вообще, Церковь - это всегда Душа народа. Душу нельзя вынуть. Народ умрет.

А отделение Церкви от государства - это термин, придуманный французской революцией, и до сих пор настоящего юридического толкования он не имеет. Поэтому, естественно, что современные люди, которых не устраивает присутствие Церкви в нашем обществе, в армии, конечно, используют этот надуманный аргумент и используют замшелое толкование из коммунистического наследия". (см.: Победа, победившая мир. 2006, №3/43, С 4).

Возможен ли этот институт в вооруженных силах светского государства?

Не только возможен, но и давно успешно функционирует. Например, как только в ФРГ возродились Вооруженные силы, в них почти сразу же (1956 г.) была введена военно-церковная служба.

В армии США институт военных священников был введен еще в 1775 г. и с тех пор никогда не отменялся.

В настоящее время в уставах армии США закреплено право военнослужащего на свободное исповедание одной из 130 официально разрешенных в США религий и религиозных течений. Отправление религиозных обрядов и посещение храмов происходит или в установленное для этого время, или в свободное от службы время. В Вооруженных силах США 90% личного состава верующие, в том числе: более 60% - протестанты, 32% - католики, 2% - иудеи, остальные - буддисты, мусульмане и др.

Организационно-штатная структура военно-религиозной службы в США следующая:

- председатель совета капелланов - член совета капелланов - главный капеллан Вооруженных сил США;

- совет капелланов (из 6 человек, включает трех начальников службы военных капелланов, главных капелланов видов Вооруженных сил в звании генерал-майор, которые поочередно сроком на один год занимают пост председателя совета) - при помощнике министра обороны США по строительству Вооруженных сил и личного состава;

- главный капеллан вида Вооруженных сил - начальник службы военных капелланов вида Вооруженных сил. Его аппарат (служба) организационно входит в состав штаба вида Вооруженных сил;

- отдел военных капелланов в штабах объединений;

- отделение или секция военных капелланов в штабах соединений и отдельных частей;

- штатный военный капеллан и его помощник (из числа сержантов или рядовых) - команда духовного обеспечения (в частях и на крупных кораблях).

На 1330 человек личного состава приходится 1 военный капеллан с помощником. В Вооруженных силах США более 2000 помощников военных капелланов. Каждый военный капеллан имеет офицерское звание, носит военную форму с соответствующими знаками различия и эмблемами службы военных капелланов (крест для военных капелланов - христиан всех направлений, скрижали Моисея - для военных капелланов иудеев) и является полноправным офицером штаба и советником командира по всем вопросам религии, нравственности и морального состояния воинов.

В войне США в Персидском заливе участвовало только в сухопутных войсках 554 военных капеллана и 554 их помощника.

Подготовка военных капелланов осуществляется следующим образом:

- в специальных учебных центрах и школах капелланов сухопутных войск - 15 недель (здесь же и специальная подготовка будущих помощников капелланов);

- через 5-7 лет службы - курсы повышения квалификации, 21 неделя;

- курсы для высшего и старшего корпуса военных капелланов;

- годичная аспирантура;

- обучение в гражданских общеобразовательных и богословских учреждениях.

В настоящее время в Вооруженных силах США состоит на службе вместе с резервом более 5000 военных священников (капелланов), являющихся военнослужащими и имеющими воинские звания.

Для отправления богослужений в каждом военном гарнизоне, части, на крупном корабле имеются церкви, синагоги или специальные культовые помещения: только в сухопутных войсках насчитывается 586 храмов и более 140 культовых помещений.

Основными формами работы военных капелланов являются:

- воскресные школы и кружки;

- проведение религиозных дней;

- индивидуальная работа с личным составом и семьями (на это уходит 75% всего рабочего времени военных капелланов);

- занятия по борьбе с алкоголизмом, наркоманией, самоубийствами и т. д.

Только в сухопутных войсках США ежегодно проводится около 12 млн различных религиозных мероприятий, в том числе 350 тыс. богослужений, 142 тыс. занятий в воскресных школах и кружках по изучению Библии. В Вооруженных силах США постоянно работает более 300 теле- и радиостанций с программами религиозного содержания.

Важно отметить, что представительство различных верований среди военных капелланов определяется процентным соотношением верующих среди всего населения США, а не количеством приверженцев той или иной религии в Вооруженных силах США.

Как видим, опыт США показывает, что и в светской стране не только может, но и должен быть институт военного духовенства, проводящий духовно-воспитательную работу не в интересах частей и подразделений, а в интересах духовного окормления каждого военнослужащего. Этим обеспечивается его конституционное право на удовлетворение религиозных потребностей.

В ФРГ для подобных целей существует военно-церковная служба (ВЦС) бундесвера. Право военнослужащих на удовлетворение религиозных потребностей было закреплено еще в Конституции Веймарской республики и сохранено в нынешней. В 1956 г. вышла директива министра обороны ФРГ № 66/1 "Об организации ВЦС в войсках", а в июле 1957 г. был принят закон "О духовном обслуживании армии" (деятельность ВЦС стала финансироваться в основном из госбюджета).

Особенностью организационно-штатной структуры ВЦС бундесвера является разделение этой службы на евангелическую и католическую. Каждая из этих ВЦС возглавляется военным епископом. Исполнительными религиозными органами Вооруженных сил ФРГ (в административном отношении подчиняется только министру обороны) являются управление евангелической церкви по делам бундесвера во главе с военным генеральным деканом и управление католического военного епископа во главе с генеральным викарием. Данные управления через соответствующих деканов военных округов (их восемь) Вооруженных сил руководят работой около 300 священников своих вероисповеданий.

Военные священники бундесвера не являются кадровыми военными и в мирное время не носят форму одежды, они приравнены к статусу госчиновников. В работе с личным составом срочной службы основное внимание уделяется проведению занятия "о смысле жизни" (по два часа ежемесячно). В соответствии с приказом министра обороны от 17 сентября 1973 г. был введен институт помощника военного священника, в 1978 г. создан католический институт теологии и мира - научно-исследовательское учреждение ВЦС бундесвера.

Большое значение придается военно-религиозной службе в вооруженных силах исламских стран, например, в Иране.

Во главе военно-религиозной службы (политико-идеологического управления объединенного штаба Вооруженных сил) Ирана стоит председатель высшего духовенства страны. Соответствующие управления видов Вооруженных сил возглавляются духовными лицами, которые могут отменять распоряжения военного командования. В частях и соединениях существуют политико-идеологические отделы (по 8 человек), а в подразделениях до роты включительно - войсковые муллы (попечители).

Личному составу иранской армии военно-религиозной службой внушаются следующие идеи:

- панисламизм (для ислама нет государственных границ);

- джихад (священная война за веру);

- шахадат (самопожертвование в войне за веру смывает все грехи воина, который попадает в рай: смерть во имя ислама объявляется священной).

В результате такой обработки живые волны иранских солдат "разминировали" собой минные поля Ирана во время ирано-иракской войны.

Идея джихада внушается и воинам Вооруженных сил Йемена, Алжира, Ливии, Марокко, Судана, Иордании, Саудовской Аравии, Кувейта, Катара, Бахрейна, ОАЭ и Омана.

В условиях образовавшегося в последнее десятилетие духовного вакуума в нашей армии целесообразно использовать опыт религиозной работы всех стран и дореволюционный опыт самой России. Это тем более актуально, что сейчас в нашем обществе происходит поворот к религиозным, духовным ценностям. Сама идея добровольной готовности к самопожертвованию, провозглашенная в Православии, как нельзя лучше выражает стремление солдата совершить подвиг во имя защиты Отечества.

В целях соблюдения конституционных прав военнослужащих и членов их семей на удовлетворение религиозных потребностей, обеспечения их духовного оздоровления и духовной безопасности, воспитания патриотизма предлагается образовать институт военного духовенства. При этом необходимо подчеркнуть, что институт военного духовенства не подменяет собой органы воспитательной работы Вооруженных Сил РФ. Воспитательная работа военных священников базируется на воцерковлении, то есть на вере, таинствах, богослужениях. А работа офицеров-воспитателей основывается на знаниях, информировании, общественно-государственной подготовке. Таким образом, вера и знание дополняют друг друга.

С учетом экономических возможностей страны институт военного духовенства целесообразно вводить в несколько этапов.

На первом этапе следует ввести руководящую вертикаль института военного духовенства в составе: протопресвитера военного духовенства; канцелярии департамента; главных священников центральных учреждений Министерства обороны РФ, видов Вооруженных Сил, военных округов и отдельных флотов.

На втором этапе необходимо учредить институт дивизионных благочинных в составе 90 - 100 человек.

На третьем этапе - институт полковых священников в составе нескольких сот человек.

На четвертом этапе, используя опыт Министерства обороны, требуется создать институты военного духовенства в других "силовых" ведомствах Российской Федерации.

Возникает вопрос: как учесть интересы иноверцев при введении института военного духовенства?

Ответ очень простой: необходимо изучить и применить опыт прежде всего русской армии в этой области.

В царской армии интересы воинов других вероисповеданий учитывались следующим образом:

1). На службе в царской армии состояли муллы, ксендзы, раввины, пасторы. Как правило, один мулла, ксендз, раввин и пастор приходился на военный округ и находились эти духовные отцы в ведении штаба округа.

2). В указаниях протопресвитера военного и морского духовенства от 3 ноября 1914 г. духовенству действующей армии рекомендовалось: "… избегать, по возможности, всяких религиозных споров и обличений иных исповеданий, а равным образом зорко следить, чтобы в походные полковые и госпитальные библиотеки для военных чинов не попадали брошюры и листки со встречающимися в них резкими выражениями по адресу католичества, протестантизма и других вероисповеданий, так как подобные литературные произведения могут оскорблять религиозное чувство принадлежащих к этим исповеданиям и ожесточить их против Православной Церкви и в воинских частях сеять пагубную для всех вражду. Подвизающееся на бранном поле духовенство имеет возможность подтверждать величие и правоту Православной Церкви не словом обличения инаковерующих, а делом христианского самоотверженного служения как православным, так и инославным, помятуя, что и последние проливают кровь за Веру, Царя и Отечество…" [189:44].

3). В Уставе 1898 г. в главе "О богослужении на корабле" говорилось:

- "Инаковеры христианских исповеданий совершают общественные молитвы по правилам своей веры, с разрешения командира, в назначенном месте и, по возможности, одновременно с православным богослужением. За время продолжительных плаваний они увольняются, по возможности, в свою церковь для молитвы и говенья…"

- "Если на корабле находятся мусульмане и евреи, им дозволяется читать общественные молитвы по правилам своей веры и в назначенных командиром местах: мусульманам - по пятницам, евреям - по субботам.

Это разрешается им в главные их праздники, на время которых они, по возможности, освобождаются от службы и увольняются на берег".

4). В Уставе внутренней службы 1910 г. (статьи 348 - 352) отмечалось:

- "Командиры частей обязаны оказывать содействие своим подчиненным, не исключая и прикомандированных, в исполнении религиозных обязанностей, налагаемых на них их вероисповеданием"…

- В дни больших христианских праздников все наряды в части должны, по возможности, возлагаться на чинов нехристианских вероисповеданий…

- В свою очередь, чины нехристианских вероисповеданий (магометане, ламаисты, караимы, евреи и пр.) в дни совершаемого по их вере и обрядам особого богослужения, могут быть освобождаемы от служебных занятий и, по возможности, от нарядов…

- Расписание религиозных дней устанавливалось для христианских и иных вероисповеданий специальными статьями Устава внутренней службы 1910 г.

5). При приеме присяги, награждениях и других случаях учитывались интересы и воинов иных вероисповеданий:

- поступавшие на военную службу магометане приводились к присяге по особой форме, на том из пяти тогда принятых ими языков (джагатайско-татарском наречии, турецком, персидском, арабском языках, азербайджано-тюркском наречии), какой был известен присягавшему;

- был определен порядок приведения к присяге евреев при поступлении на военную службу (они изложены в Уставе духовных дел иностранных исповеданий);

- существовала форма торжественного обета на верность службе для язычников, а также для лиц, не приемлющих присяги по их вероучению;

- при Временном правительстве в 1917 г. было установлено шесть форм военной присяги с учетом конфессиональной принадлежности воинов, таким образом, форма и содержание текста военной присяги учитывали и исходили из того, что земное Отечество у всех верующих российских воинов одно - Россия, а небесное Отечество - разное. В соответствии с этим и текст присяги (начало и конец) был разным, а середина - одна, общая для воинов всех конфессий;

- до революции государственные награды были представлены в двух вариантах. Первый, основной, с православной символикой. Второй - без христианских символов, специально, чтобы награждать мусульман за их заслуги перед Отечеством.

Примечательно, что мусульмане присутствовали на всех государственных церемониях, даже на помазании царя на царство. Мусульмане, конечно, не сослужили православным, но и у них была специальная молитва за православного царя как земного покровителя российских мусульман. Земное Отечество у всех верующих воинов было одно - Россия, а небесное - разное.

Исторический опыт свидетельствует, что идея Святой Руси не отвергается и мусульманами. Об этом говорил на V Всемирном русском народном соборе (декабрь 1999 г.) Талгад Таджуддин, председатель Центрального духовного управления мусульман России и европейских стран СНГ, верховный муфтий: "… всем, что в наших силах, и словами, и действиями, и поступками, и молитвой, мы должны способствовать, чтобы Святая Русь оставалась на века и до окончания века Святой. Это не просто слова… Веками отцы наши, предки - и православные христиане, и правоверные мусульмане - защищали ее от внешнего врага, берегли, сохраняли и донесли до нас… Это наша Родина, наше Отечество. И поэтому правоверные мусульмане нашей страны любят от искреннего сердца русский народ, верующий народ, боголюбивый народ. Веками наши села, наши города, наши жилища были вместе. И православные священники, и мусульманские муллы служили в царских войсках, и Армия этим была крепка. Очень много говорится о том, какую национальную идею найти. Ее не надо искать, она есть, веками на ней держалась Святая Русь - это Собор, соборная народная власть. Это наше Отечество, наша земля…" [197:2].

Таким образом, земное Отечество у всех людей разных исповеданий одно - Россия. Следовательно, патриотизм - это наша национальная, общегосударственная идея на современном этапе общественного развития. В связи с этим в Определении Архиерейского Собора о вопросах внутренней жизни Русской православной церкви (2004 г.) записано: "… необходимо развитие законодательства, в том числе легимитизация военного духовенства, что соответствует исторической и мировой практике" [194:9]. Поскольку около 320 тыс. российских военнослужащих - верующие православные воины, то, следуя зарубежному опыту, уже сегодня можно было бы ввести около 320 - 400 штатных должностей для православного военного духовенства и 27 - 32 должности для мусульманского духовенства [109:5].

В настоящее время все больше военных ученых высказываются в пользу введения института военного духовенства. (См.: Веремчук В. И. Военная служба и религия: социологический анализ взаимодействия на институциональном уровне управления. М.: ВУ, 2005. С. 126).

3. Возрождение в стране общегосударственной национальной идеологии

Как можно возродить приемлемую для всех общегосударственную идеологию? И какую идеологию? Православную?

Да, православную, но не сразу, а постепенно. Вспомним, как мы разрушали духовные основы воспитания, государственную идеологию, которая сотни лет объединяла все народы России.

Как разрушали патриотическую идею: за Веру, Царя и Отечество? Вначале разрушили православную веру, потом уничтожили православного царя, а затем стало распадаться и Отечество земное. Очевидно, что восстанавливать национальную идею целесообразно в обратном порядке.

На первом этапе общенациональной, государственной идеей должна стать идея патриотизма, любви к Отечеству: ведь Отечество земное одно у всех вер и наций - Россия. Итак, сначала любовь к Отечеству земному.

На втором этапе - установление православной власти в стране. Такая власть, по 900-летнему опыту России, никакой нации и вере в дореволюционном общественном организме России не мешала. Напротив, она всем им служила и всех объединяла: "несла" их на себе, как позвоночник несет на себе все органы тела, весь организм человека.

Наконец, на третьем этапе православная власть восстановит Православие как государственную религию (общенациональную идеологию), которая не подминает под себя другие религии и ко всем людям любой веры относится как к образу Божию - с любовью и долготерпением.

Таким образом, восстановить духовные основы воинского воспитания в полной мере нельзя без возрождения:

1) личного воцерковления воинов;

2) института военного духовенства в Вооруженных Силах и других силовых ведомствах;

3) общегосударственной, общенациональной идеологии, прежде всего патриотизма, любви к единому Отечеству земному - России.

Однако для совершения этого идеологического шага в будущее требуется восстановить преемственность в понимании истории страны и духовных основ воинского воспитания.

Последнее невозможно осуществить без применения духовного подхода к изучению истории общества.