1. Кто виноват?

Формационный подход нацеливает на поиск причин наших бед в материальной (социальной, политической, экономической) сфере. При этом одни винят во всем жидомасонов, ссылаясь, например, на тот факт, что в центральных руководящих органах страны после революции 1917 г. они составляли более 80 %. Но здесь не учитывается, что симфония властей нарушилась в XVII в., а не в 1917 г. Другие полагают, что во всем виноват Запад, в частности, засилье немцев в России начиная с XVIII в. Но с точки зрения духовного подхода дело не в Западе, а в нас самих. Именно по нашей вине, по воле Петра I, а не в результате происков Запада в окружении российского царя появились не просто влиятельные немцы, а протестанты, люди чуждой православной России конфессии.

Именно тогда по нашей вине, а не по вине Запада возник цивилизационный, религиозный раскол российского общества. Он начался внутри страны. Российская элита по своему желанию стала отпадать от православного образа жизни и склоняться к западному, католико-протестантскому, в то время когда большинство населения страны оставалось православным. Элита, потом интеллигенция, а в дальнейшем и часть населения, прежде всего городского, впали в искушение, соблазн западным образом жизни (потребительство, комфорт, свободомыслие, атеизм, демократия и т. п.).

Отход от Православия вел к оскудению потока благодати, ослаблению той силы, которая сдерживала извержение вовне, наружу человеческих страстей. С ослаблением потока сдерживающей их благодати человеческие страсти и пороки прорвались изнутри вовне в виде катастрофической революции 1917 г. и последовавшей за ней почти 90-летней смуты. Поэтому главной причиной крушения Российской империи являлись не масоны, не иудеи-большевики, не Запад и не Восток, а мы сами.

А. И. Солженицын полагает, что еврейство явилось особой силой, разрушившей 1000-летнее Русское государство. В то же время он отмечает, что петербургские верхи поддавались соблазнительно простому объяснению, что Россия органически ничем не больна, что всякая революция есть злобная еврейская затея и часть мирового иудеомасонского заговора. Проще всего обвинить во всем евреев. Это близорукое, но удобное объяснение еще более способствовало ускорению гибели Русского государства, так как игнорировалась главная причина всех наших бед - наш грех, наши, "человеческие слабости".

Как отмечает А. И. Солженицын, "наши русские слабости и определили печальную нашу историю, под уклон - от бессмысленного никонианского раскола, жестоких петровских безумств и уродств, и через национальный обморок после петровской чехарды, вековую трату русских сил на внешние, чужие задачи, столетнее зазнайство дворянства и бюрократическое костенение сквозь ХIХ век … Не посторонний заговор был, что величавый и жестокий Петербург подавлял теплую малороссийскую культуру. Не посторонний заговор был, что по четыре министерства не могли рассудить, кому же из них принадлежит какое-нибудь дело, и годами изморочно прокручивали его по четырем кругам, еще в каждом - от помощника столоначальника до министра. Не посторонний заговор был, что один за другим наши императоры не понимали темпа мирового развития и истинных требований времени. Сохранялись бы в нас духовная чистота и крепость, истекавшие когда-то от Сергия Радонежского, - не страшились бы мы ни заговоров, ни раззаговоров.

Нет, никак не сказать, что евреи "устроили" революцию Пятого или Семнадцатого годов, как их не устраивала и ни одна другая в целом нация. Да и ни русские, ни украинцы в целом, как нация, не устраивали еврейских погромов…" [217:415].

Патриарх Тихон тоже видел причину бед народных не в заговоре какой-то группы людей. Он считал, что грех, тяготеющий над нами, - вот сокровенный корень нашей болезни, вот источник всех наших бед и злоключений. "Грех растлил нашу землю, расслабил духовную и телесную мощь русских людей… Грех разжег повсюду пламень страстей, вражду и злобу, и брат восстал на брата… Из того же ядовитого источника - греха - вышел великий соблазн чувственных земных благ, которыми и прельстился наш народ, забыв о едином на потребу…

Мы захотели создать рай на земле, но без Бога и Его святых заветов. Бог же поругаем не бывает. И вот мы алчем, жаждем и наготуем на земле, благословенной обильными дарами природы, и печать проклятия легла на самый народный труд и на все начинания рук наших. Грех - тяжкий нераскаянный грех - вызвал сатану из бездны..." [89:162-163].

Летом 1919 г. патриарх Тихон обратился с призывом отказаться от актов мести, от гражданской войны: "Зажигаются страсти. Вспыхивают мятежи. Создаются новые лагеря. Разрастается пожар сведения счетов. Враждебные действия переходят в человеко-ненавистничество. Организованное взаимоистребление превращается в партизанство со всеми его ужасами. Вся Россия - поле сражения! Но это еще не все. Дальше - еще ужас. Доносятся вести о еврейских погромах, избиении племен без разбора возраста, вины, пола, убеждений. Озлобленный обстоятельствами жизни человек ищет виновников своих неудач и, чтобы сорвать на них свои обиды, горе и страдания, размахивается так, что под ударом его ослепленной жаждой мести руки падает масса невинных жертв. Он слил в своем сознании свои несчастья со злой для него деятельностью какой-то партии и с некоторых перенес свое озлобление на всех… Православная Русь, да идет мимо тебя этот позор. Да не постигнет тебя это проклятие…

Следуйте за Христом! Не изменяйте Ему. Не поддавайтесь искушениям, не губите в крови отмщения и свою дущу. Не будьте побеждены злом. Побеждайте зло добром". (Иеросхимонах Моисей (Боголюбов): "О предконечных временах и путях преодоления искушений". М., 2003. С. 39, 41- 42).

Предпосылки и причины гибели Российской империи зародились, по нашей вине, задолго до событий революции 1917 г. и последовавшей за ней братоубийственной гражданской войны.

Добровольный отход части правящей элиты от основопо-лагающих материальных и духовных ценностей русской цивилизации начался не в 1917 г., а, по крайней мере, со второй половины XVII в. - первой четверти XVIII в. Именно в это время зародился в самой России западноевропейский тип цивилизации, чуждый русскому духу. С появлением этих двух типов цивилизации в России и противоречий между ними возникли предпосылки и причины будущей революции 1917 г. и гражданской войны в нашей стране. Со временем, особенно в период с 1861 г. и до начала XX в., эти противоречия усиливались, так как цивилизационный раскол не устранялся, а нарастал. С началом же прозападной столыпинской аграрной реформы и тяжелой и длительной Первой мировой войны эти противоречия обострились до антагонизма и стали разрешаться, устраняться, прорываться наружу в виде революций и гражданской войны. Таким образом, не белые и красные, не Запад и Восток, а мы сами, задолго до 1917 г. породили предпосылки и причины революции и гражданской войны, не усиливая, а подрывая основы русской цивилизации. Революция и гражданская война - лишь неизбежное следствие этого процесса. Главная же их причина - непримиримая борьба двух антагонистических типов цивилизации: русской и западной, православной и католико-протестанской, появившейся в России при Петре I.

И белые и красные стремились направить развитие России не по русскому православному, а по западному пути развития. Белые, поддерживаемые Антантой, - по католико-протестантскому, парламентскому, рыночному пути, а красные - по атеистическому, диктаторскому, не рыночному (теоретики красных - Маркс и Энгельс родились и жили на Западе). За теми и другими шло не более чем по 10% населения страны. Если в октябре 1917 г. в большевистской партии было 350 000 человек, в кадетской - 70 000 человек, то у эсеров - 1,2 млн человек. Эсеры претендовали на отражение интересов основной массы населения страны - крестьянства, которое в отличие от социалистов - революционеров (эсеров) стихийно стояло за традиционно-русский, общинно-православный путь развития России. На выборах в Учредительное собрание (середина ноября 1917 г.) эсеры получили 40,4% мест (а совместно с другими соцпартиями - 66,8%). Большевики же получили 23,2%, а проигравшие партии - кадеты и меньшевики - вместе лишь 7,5% мест. Но к власти пришли не эсеры и социалисты, имевшие две трети мест, а большевики, имевшие почти в три раза меньше мест. И главная причина здесь не материальная (социальная, политическая, экономическая), а духовная часть народа, ослабив веру в Бога и в жизнь вечную, поверила атеистам, соблазнившись раем на земле (без Бога), жизнью временной, "тридцатью сребрениками". Поэтому выход из этой ситуации был не в гражданской войне, не в уничтожении белыми, красными и зелеными друг друга, а в покаянии, в уничтожении своих грехов.

Почему белые потерпели поражение в гражданской войне? Главную причину этого поражения назвал барон А. В. Меллер-Закомельский уже в 1923 г. "Страшную внутреннюю болезнь мы пытались лечить наружными средствами, - писал он. - Мы боролись с большевизмом как с явлением политическим (а не духовным. - О. З.)… Но в глубокой скорби о своем бессилии, в горестном изгнании и оторванности от родной земли многие из нас поняли, наконец, что большевизм есть лишь острый кризис вековой болезни духа влюбленной в Запад русской интеллигенции…

Мы пренебрегли своим родным культурным богатством, пренебрегли великой сокровищницей нашей родной Церкви и бешено помчались по пути "прогресса" к миражу земного рая, к антихристову царству социализма. Многие из нас поняли, наконец, что мы сами были заражены тою же болезнью, от которой хотели излечить Россию, с той лишь разницей, что в нас она протекала в ползучей, скрытой форме, а в большевизме она прорвалась бурно и страстно…

Антихристианский социализм-коммунизм есть явление религиозное, и только религиозным подъемом христианской веры возможна над ним победа. Смиренно, сокрушаясь о немощи своей, в сострадании и покаянии, в любви к заблудшим своим братьям будем искать истинный путь к исцелению…

Мы… не победив дьявола духом своим, не могли победить его земного воинства. Сами зараженные злом, мы зла победить не смогли… " [90:307 - 308].

Барон А. В. Меллер-Закомельский полагал, что "в последней борьбе Христа и антихриста каждый должен сделать свой выбор или обречь себя на небытие. Ибо нам дано видеть и разуметь, что через мертвые пустыни безбожия, по окровавленным камням революций шествует отвергнувшее Христа человечество к миражу земного рая - к антихристову царству…

И не полемическим отрицанием иудаизма… не административными мерами, ограждающими государство от еврейского засилья, одержим мы окончательную победу. Каждый из нас должен осознать то великое сокровище, которым мы обладаем во Христе и Его Православной Церкви, то огромное культурное богатство, которое сокровенно таится в недрах русского духа, и не оборачиваясь на меркнущий Запад, с верою приступить к боговдохновенному зодчеству подлинной христианской России. Воздвигнув твердыню Веры, не убоимся зла"[90:307 - 308].

Почему же главной причиной всех наших бед являются не материальные (социальные, политические, экономические) а духовные причины? Во-первых, потому, что духовное является вечным, определяющим, а материальное - преходящим, временным. Во-вторых, именно духовность, то есть вечное в человеке (религиозность и нравственность), отличает его и все человеческое общество от животного мира. В третьих, именно человек с его духовным миром является главным звеном во всех сферах жизни общества - социальной, политической и экономической. Следовательно, от того, каков человек, выполняет или не выполняет заповеди (не убий, не укради, не обмани и т. д.), зависят успехи и духовного и материального развития общества, каждой его сферы.

Обычно же обращают внимание только на внешние, мате-риальные (социальные, политические, экономические) причины событий, бедствий, антагонизмов между людьми (партиями, народами, нациями, евреями и неевреями), верованиями (религиями), которые приводят к бунтам, войнам, революциям, природным катаклизмам.

Однако духовную первопричину, грех, нельзя ни подменить, ни устранить материальными причинами. Поэтому бедствия надо устранять, прежде всего, не мерами в области материальной (социальной, политической, экономической), а покаянием, то есть раскаянием в уже совершенных грехах и недопущением новых. А потом только необходимо принятие социальных, политических, экономических мер по устранению бедствий.

За наши грехи (обман, прелюбодеяние, воровство, ненависть и т. п.) Бог нас вразумляет властью иноверцев (иудеев, атеистов, язычников) или болезнями и природными катаклизмами (наводнениями, землетрясениями, засухами, оползнями, голодом, холодом и т. д.). Наказание будет до тех пор, пока мы не вразумимся, то есть не перестанем грешить, нарушать заповеди, не возвратимся к Нему, к Его благодати, связывающей, усмиряющей наши страсти (бунты и т. д.). Иудеи, язычники, различного рода бедствия - это лишь бич в руках Бога, средство нашего вразумления, спасения нас от грехов жизни временной для жизни вечной.

В данной связи известный русский писатель Владимир Крупин отмечает: "Ни в коем случае не свергать существующие власти, ибо заменяющие их будут еще хуже. Главное - бороться с врагами не своими, не государственными, а с врагами Христа. А кто же главные враги Христа? Мы сами, мы, своей греховностью постоянно пригвождающие Спасителя ко Кресту. И пока в России власти не богопоставленные, пока они, для вразумления нашего, Божьим попущением антирусские, нам надо терпеть и улучшаться. Как? Очень просто: не пить, не курить, не материться, любить жену и детей, молиться, ходить в Божий храм, уклоняться от греха и творить благо. Скажут: это так мало. Ведь Россия гибнет. Но она и гибнет оттого, что мы бесчинствуем. Надеемся лишь на вождей, которые растут и пузырятся от самомнения. Вспомним убийственно точную народную пословицу: "Кабы Бог пастуха слушал, все бы стадо передохло"" (Русь Державная. 2001. № 3 (82). С. 3).

Таким образом, с православной точки зрения, первопричиной наших бед является не масон, не еврей, не иудей, и даже не бесы (духи зла) и не социальное, политическое и экономическое наше положение. Все это лишь следствия. А причина не вовне, а внутри нас - личный грех, невыполнение мною заповедей, отпадение от Бога, Его благодати - к дьяволу, усиливающему во мне (в каждом из нас) мои грехи. Бесы через своих посредников (иудеев, язычников, масонов, атеистов, всех некающихся людей) являются бичом в руке Божией, наказанием для нас за наши грехи.

Бесы лишь усиливают наши грехи, а следовательно, и наши беды. Не было бы грехов, нечего бесам было бы и усиливать… Каждый иудей, масон, язычник, атеист, каждый человек, падший во грех, - это образ Божий, искаженный, "запачканный" своими личными грехами. И каждый из них ответит перед Богом за свои грехи. Каждого из нас в ад влекут свои грехи, а не грехи другого человека (масона, язычника и т. д.). За грех ждет одно воздаяние - вечный ад любому человеку, независимо от его возраста, пола, должности, нации, веры, звания в этой, земной жизни. Вечный ад за временный (земной) грех. Поэтому не стоит завидовать никакому земному благополучию человека (богатым, правителям, здоровым людям), так как участь всех грешников ужасна навечно, навсегда.

Грех является следствием ослабления веры в Бога, жизнь вечную, исчезновения страха вечных адских мучений за невыполнение заповедей. Владимир Крупин пишет: "Нельзя только нефтью и оружием крепить силу людского единства.

Главная власть в мире - власть Духа Святаго. Искать Его, прибегать под Его милость - в этом смысл жизни.

Вспомним слова Высокопреосвященнейшего митрополита Филарета о соотношении веры и государства: "Возрастает вера - возрастает царство, процветает вера - процветает царство… Ослабевает вера - ослабевает царство, исчезает вера - исчезает и царство…" (Русь державная. 2001. № 3 (82). С. 3). Но кроме веры нужны и дела. "Можно сказать, что я верю… а делами показывать совершенное неверие. Но Господь нас учит смотреть не на слова, а на плоды, то есть на дела. И, как известно, вера без дел мертва есть (Иак. 2:20). Потому-то вера в Иисуса, как в Бога, заключается в следовании Его заветам и заповедям. И если мы рассмотрим соответствие дел и слов католиков, то придем к выводу, что они не верят в Иисуса, как во Христа Бога" (Русь Державная. 2005. № 8 (134). С. 8).

Следовательно, вся наша внешняя, видимая, материальная (социальная, политическая, экономическая) история, все ее события (мирные и немирные) есть лишь проявление, следствие внутреннего, духовного состояния каждого человека и общества в целом. Если все или большинство людей выполняют заповеди, то в стране начинается расцвет, происходит мирное социальное, политическое, экономическое развитие общества. А если многие люди не выполняют их (убивают, крадут, обманывают, ненавидят, завидуют), то начинается упадок: в стране процветают насилие и зло, порождающие все новое и новое насилие, пролитие крови, бунты, разорение - Смуту. Все зависит здесь от нашего выбора, от свободного выбора каждого человека и общества в целом. Результирующей (и результатом) этой невидимой борьбы и выбора между добром и злом, Богом и дьяволом является наша видимая, материальная (социальная, политическая) история, как отражение нашего внутреннего, духовного состояния.

Н. А. Бердяев вслед за Ф. М. Достоевским увидел в России два взаимоисключающих, не находящих примирения начала, но не смог дать им верного объяснения: "Подойдя к разгадке тайны, сокрытой в душе России, можно сразу же признать антиномич-ность России, жуткую ее противоречивость. Тогда русское самосознание освобождается от лживых и фальшивых идеализаций, от отталкивающего бахвальства, равно как и от бесхарактерного космополитического отрицания и иноземного рабства… Бездонная глубь и необъятная высь сочетается с какой-то низостью, неблагородством, отсутствием достоинства, рабством. Бесконечная любовь к людям, поистине Христова любовь, сочетается с человеконенавистничеством и жестокостью. Жажда абсолютной свободы во Христе… мирится с рабьей покорностью. Не такова ли сама Россия?" [38:70]. Откуда взялась эта антиномичность, каковы ее причины, ее происхождение? На эти вопросы Н. А. Бердяев ответа не дает.

На протяжении десяти веков соответствие внешней судьбы страны внутреннему состоянию народного духа заставляло русских людей задумываться об этом религиозном смысле русской истории. С православной точки зрения, смысл ее - в духовной брани. Идет духовная борьба не против крови и плоти, не против людей и власти, но против грехов наших и "против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных" (Еф. 6:12), против дьявола и духов зла, усиливающих наши грехи. "Понимание русской судьбы - истории России с ее взлетами и падениями, благодатными прозрениями и соблазнами богоборчества - возможно лишь в рамках исторического осмысления извечной борьбы, ведущейся падшим духом против человеческого рода. Оторвать душу человека от спасительной церковной благодати, исказить евангельские истины, уничтожить Православную Церковь и ее ограду - русскую государственность, - эти богоборческие порывы сатаны были теми внутренними толчками, которые на поверхности русской жизни отражались войнами и смутами, революциями и "перестройками"" [88:17].

Именно наша внутренняя свобода выбора между добром и злом определяет и нашу судьбу и судьбу (историю) народа. От нашего внутреннего выбора - грешить или не грешить - зависит и наше мировоззрение, и наш образ жизни. ""Поток истории" есть лишь реализация этого религиозно-нравственного выбора в событиях и поступках" [88:18].

Таким образом, первопричина всех наших бедствий - личный грех, противление воле Бога. И прежде всего руководящей элиты страны и интеллигенции, в том числе и историков, искаженно представляющих историю России в своих трудах, учебниках и т. д.

Три совершенно разных и широко известных не только в нашей стране, но и за ее пределами человека - писатель Л.Н.Толстой, историк В. Кожинов и митрополит Иоанн, ознакомившись с "Историей России с древнейших времен" С.М.Соловьева, пришли по сути к одному и тому же выводу.

Так, видный российский литератор и историк В. Кожинов писал в конце ХХ в.: "Не… надо идеализировать историю. Но вместе с тем не надо ее и поносить. Хотя этим очень многие занимались. Я привожу слова Льва Толстого об "Истории России" не кого-нибудь, а Сергея Михайловича Соловьева… человека достойного всяческого уважения, но поскольку писалась его история в основном в шестидесятые годы XIX века, когда очень было критическое отношение ко всему отечественному, он тоже отдал этому дань. Вот Толстой и пишет: "Читаю историю Соловьева… Читаешь эту историю и невольно приходишь к выводу, что рядом безобразий совершалась история России. Но как же так ряд безобразий произвел великое единое государство?"" [212:3].

Большинство авторов и преподавателей во все времена на первое место выдвигали вопросы государственности, экономики, войн и др., не уделяя должного внимания простому человеку, его жизни, быту, духовности [224:295]. Поэтому Л.Н.Толстой, ознакомившись с "Историей России с древнейших времен" С. М. Соловьева, записал: "Читая о том, как грабили, правили, воевали, разоряли (только об этом и идет речь в истории), невольно приходишь к вопросу: что грабили и разоряли? А от этого вопроса к другому: кто производил то, что разоряли? Кто и как кормил хлебом весь… народ? Кто делал парчи, сукна, платья?… Кто ловил черных лисиц и соболей, которыми дарили послов, кто добывал золото и железо, кто выводил лошадей, быков, баранов, кто строил дома, дворцы, церкви, кто перевозил товары? Кто воспитывал и рожал этих людей единого корня? Кто блюл святыню религиозную?..." [233:265 - 266].

Митрополит Иоанн, размышляя об этой же проблеме, вопрошал: "И в самом деле: как же русский народ, столь склонный (если верить нашим горе-историкам) к анархии и произволу, столь ленивый, косный и непредприимчивый, столь равнодушный к личной свободе и правовым нормам общежития, - сумел построить величайшую в мире Державу, не только первую по величине занимаемой территории и составу вошедших в нее племен, но и самую устойчивую исторически, вот уже пять столетий подряд являющуюся "гармонизатором" огромного европейского геополитического региона?

Как этот невежественный народ сумел создать богатейшую культуру, плодами которой - в области литературы и философии, живописи, поэзии и артитектуры - до сих пор питается одряхлевший и изверившийся Запад? Как умудрился русский человек одолеть страшную духовную заразу интернационального коммунизма, который не только не смог разрушить российскую государственность, но - вопреки собственной природе - оказался вовлеченным в державное строительство Империи, поставившей под свой контроль полмира и открыто претендовавшей на вторую половину? Как, наконец, этот странный народ сумел сохранить Православную веру и святую Церковь?..

Как Святая Русь, подножие Престола Господня и земной удел Матери Божией, может одновременно, в одном и том же месте сосуществовать с вертепом разбойников и лихоимцев, с игралищем властных самодуров (а именно такой представляется Россия со страниц многочисленных "Историй…" и "Курсов лекций…")"? [89:62 - 63].

И далее митрополит Иоанн констатирует: "Ни ум, ни сердце не находят выхода из этого страшного противоречия на путях рационализма и материалистического понимания истории. Для его разрешения необходим исход в иное, духовное разумение жизни… Только при таком мировоззрении можно разгадать многочисленные загадки бурной русской судьбы, проникнуть в ее божественный, сокровенный смысл" [89:63].

Правда, содержащаяся в каждом человеке, в любом историческом деятеле, "принадлежит Богу, который есть единственный Источник всяческих благ, равно земных и небесных. Ненависть же, беззаконие и ложь есть злобное дьявольское искушение, навеянное врагом рода человеческого и гонителем всякой истины, "человекоубийцей искони", по слову Священного Писания" [89:64].

Таким образом, с точки зрения Православия, все отрица-тельное в нас и в русской истории, все ее внешние неблагополучные события являются результатом:

- ослабления действия в нас благодати из-за наших грехов, и прежде всего нашего соблазна (искушения) западным, потребительским, индивидуалистическим образом жизни, мыслей и действий;

- выхода наружу невидимой, внутренней, духовной брани духов зла (усиливающих наши грехи) против духов добра в сердцах людей в виде отрицательных помыслов (мыслей и чувств) и страстей.

Итак, главная причина искажения историками нашей истории - их личный грех - вскрывается при помощи религиозного, духовного подхода. Но существуют и другие, ментальные и материальные, причины вины историков, вскрываемые при помощи цивилизационного и формационного подходов к изучению истории. Почему же историки (и видные) стали неправильно, искаженно освещать историю России?

Назовем некоторые причины этого явления.

1. Методологическая причина - переход историков на порочный методологический принцип в своих исследованиях истории России.

Дело в том, что до конца XVII в. в России господствовало духовное понимание истории, которая писалась в монастырях монахами прежде всего с точки зрения религиозной (спасения души человека и всего народа), а не с точки зрения материальной (развития производительных сил и производственных отношений, экономики страны). Однако начиная с XVIII в., особенно с конца его, утвердилось и стало господствовать материалистическое понимание (религиозной по своей сути) истории России. В освещении истории России произошел духовный переворот с религиозного, православного понимания истории страны на антирелигиозный, антиправославный и, в дальнейшем, атеистический.

В данной связи митрополит Иоанн писал: "Уже начиная с XVIII в. (фактически - с момента рождения "светской" исторической науки, в корне отличной от церковного, монастырского летописания) отечественные исследователи нашего прошлого по какой-то необъяснимой причине предпочитали уравнивать исторические достижения соборной русской духовности и державной российской государственности с теми естественными жизненными искушениями (соблазнами, недостатками, пороками. - О. З.), которые являются неизменными спутниками грешного земного бытия как в судьбе отдельного человека, так и в бытии целых народов и государств. Более того, с течением времени высший, промыслительный смысл человеческого предназначения и вовсе стерся в "прогрессивных" умах наших ученых мужей, в результате чего каждый стал кромсать прошлое России вкривь и вкось, как только ему заблагорассудится, при свете своего убогого "здравого смысла" и набиравших силу материалистических, богоборческих социальных теорий" [89:61].

Далее митрополит Иоанн отмечает, что "своего логического завершения этот процесс достиг в "советской исторической науке", для которой вообще не существовало понятия исторической добросовестности. Факты, казалось, существовали лишь для того, чтобы путем их избирательного употребления конструировать идеологические подпорки для ветшающих коммунистических догм. Надо, однако, сознавать, что столь плачевное состояние "исторической науки" в СССР стало логичным и закономерным следствием ее развития в России в XVIII и XIX веках" [89:61 - 62].

Митрополит Иоанн подчеркивает, что "уже в трудах Карам-зина (который, надо отдать ему справедливость, все же не впадал еще в явное социальное теоретизирование) можно найти столь произвольные и яркие эмоциональные обобщения русской старины, что собранные воедино, они рисуют Россию едва ли не как "ад земной", кипящий беззакониями, жестокостями и пороками. Преемники же Карамзина - Соловьев, Забелин, Костомаров, Ключевский и другие - при всей разнице их личных научных позиций и политических симпатий, значительно усилили этот порочный методологический принцип в своих исследованиях. Читая их рассуждения о переломных, судьбоносных периодах русской истории, знакомясь с теми выводами, которые они делают из трагических и одновременно героических событий (будь то Смута, Раскол или эпоха Иоанна Грозного), неизбежно впадаешь в план мучительного сердечного недоумения: что же такое Россия? Проникаясь порой доверием к столь авторитетным выводам и оценкам, разум беспристрастного читателя оказывается перед неразрешимым противоречием между величественными результатами исторического бытия Руси и ее беспросветной "отсталостью", столь безоговорочно признаваемой и так ярко описываемой на страницах многотомных исследований и монографий" [89:62].

С горечью пишет Митрополит Иоанн: "Обидно, что русские историки (а вслед за ними - и политики) последних двух столетий так и не сумели подняться до осознания меры высочайшей ответственности своего служения. Их труды - увы! - становились источником заблуждений для сотен тысяч и миллионов россиян, терявших понимание высшего смысла существования России и, соответственно, духовный иммунитет против разрушительных социальных теорий и чуждых "ценностей" богоборчества, русофобии и воинствующего индивидуализма. Поврежденный безверием взгляд на русское прошлое, концентрируясь на зле и не умея правильно объяснить себе его происхождение и природу, привел в конце концов к воплощению этого концентрированного зла в реальной российской действительности ХХ столетия" [89:64].

Таким образом, Карамзина и его последователей (Соловьева, Забелина, Костомарова, Ключевского и других) отличали следующие черты:

1) безверие, атеистический взгляд на русское прошлое, на религиозную историю дореволюционной России;

2) утрата религиозного, духовного смысла в отношении:

- жизни человека ( как жизни вечной, а не только земной);

- власти царя как религиозного служения Богу для спасения душ подданных любых сословий;

- жизни народа как хранителя спасительных христовых истин, православия, а не только как производителя материальных благ;

- истории России как Третьего (последнего) Рима (в котором только и возможно будет спасение души в последние времена).

3) переход от всеобщего,духовного понимания истории к одностороннему, материалистическому.

4) концентрация внимания на зле, на отрицательной стороне тысячелетней дореволюционной истории России за счет:

- умаления позитивной составляющей истории страны;

- уравнивания добродетелей и грехов (искушений, соблазнов, пороков), положительного и отрицательного, достижений и недостатков;

- специального отбора (подбора) отдельных, "нужных" фактов из всей их совокупности;

- политизирования и идеологизирования исторических фактов и событий;

- произвольного обобщения фактов и событий с нужной для властей или своей концепции целью;

- материалистического, бездуховного, атеистического толкования религиозной истории дореволюционной России;

- переноса акцента с религиозно-нравственного прогресса человека на прогресс научно-технический;

- сознательного или бессознательного использования доверия нашего народа к видным историкам, к их авторитетным выводам и оценкам.

Сложилось "неразрешимое", а на самом-то деле просто надуманое противоречие между великими результатами исторического бытия России и ее беспросветной "отсталостью". Россия не была ленивой и невежественной, адом земным, средоточием зла, беззаконий и пороков, вертепом разбойников, лихоимцев и правителей-самодуров (хотя, конечно, плохого было немало). Такой она была в воспаленном и поврежденном безверием, материализмом мозгу историков, в их учебниках по истории. Чтобы разрешить это противоречие, увидеть его надуманность, нужен духовный подход к освещению истории России, рассмотрение ее прежде всего с точки зрения спасения души и жизни вечной, а не только и не столько с точки зрения повышения материального благосостояния и удовольствий временной, земной жизни. Тогда разгадаются все загадки русской истории.

Показывая религиозное прошлое России, необходимо исходить из приоритета духовных ценностей жизни вечной, а не земной, временной. Чтобы понять, что такое Святая Русь - тьма или величие, отсталость или прогресс, нужно не рационалистическое и материалистическое, а иное, духовное разумение жизни, которое хранится в Священном Писании, Предании и апостольском церковном вероучении.

Говоря о прошлом, нельзя уравнивать в нем достижения русской духовности с естественными (неизбежными вследствие нашей падшей человеческой природы) жизненными искушениями, соблазнами, грехами, недостатками - неизменными, постоянными, всегдашними спутниками нашего грешного земного бытия.

Россия - не мост между Востоком и Западом. Это Восток и Запад вливаются в нее. Российская держава - самая устойчивая исторически. Она уже 500 лет подряд является гармонизатором огромного Евразийского геополитического региона, "православным котлом", в котором переваривается богоборческий, безбожный Запад и языческий Восток. Русский народ является хранителем благодати, истины христианской. И Россия должна стать последним препятствием на пути всемирной апостасии, мирового зла, антихриста.

С православной точки зрения, Русская цивилизация борется не только против всемирной "чувственной" цивилизации. Внутри самой России идет невидимая борьба двух типов цивилизаций: духовной, православной, и чувственной, антиправославной, потребительской. Внутри каждого человека (и общества), каждой цивилизации идет невидимая непримиримая и жестокая внутренняя борьба страстей, которые стремятся прорваться вовне, наружу (в виде бунтов, революций, войн, демонстраций, митингов, забастовок, выборов и т. п.). Но грешные наши помыслы (мысли и чувства), наши страсти и пороки сдерживаются человеческой совестью и благодатью Святого Духа, а извне - силой государственного аппарата. С ослаблением духовности, религии, веры благодать отходит от человека. Тогда страсти, овладевая им, прорываются вовне, наружу в виде социальных катаклизмов - смут, войн, революций и т. п. Все отрицательное в человеке, обществе, его лидерах, истории России - результат ожесточенной внутренней брани в сердцах и умах людей, временной победы над ними духов зла (бесов) из-за ослабления веры, а следовательно, и ослабления действия спасительной благодати.

Только с точки зрения такого, духовного, религиозного, православного мировоззрения можно разгадать многочисленные загадки бурной русской судьбы, проникнуть в ее таинственный, сокровенный смысл. Только при таком, религиозном, подходе наше прошлое становится поучительным и понятным.

Поврежденный безверием взгляд наших историков (и нашей правящей элиты) на русское прошлое концентрировался на зле, не умея правильно объяснять себе его происхождение - грехи человеческие, навеваемые и многократно усиливаемые дьяволом, духами зла духовного мира. Нарушение нематериальных заповедей проявляется на деле очень даже материально: одно дело убий (это - горы трупов), а другое - не убий (все остаются живыми). Одно дело укради и другое - не укради…

Обезверившиеся историки ХIX - XX вв. так и не сумели подняться до осознания высочайшей ответственности своего служения. Их труды стали источником заблуждений для миллионов россиян, которые вслед за историками потеряли высший смысл существования России и духовный иммунитет против чуждых теорий и "ценностей" богоборчества, русофобии и воинствующего индивидуализма.

Следовательно, необходимо возвратить нашей истории ее истинное значение, ее религиозно-нравственный смысл и величие. Нужно осознать промыслительное, религиозное (а потом и социальное, политическое и экономическое) содержание нашего прошлого и настоящего. Мы должны провести концептуальный пересмотр 1000-летнего российского бытия, всей истории нашего Отечества. Этому будет способствовать освоение духовного подхода к истории России:рассмотрение всех сфер жизни общества, его истории(духовной,ментальной,социальной,политичекой,экономической)с точки зрения действия в них Промысла Божия (по спасению душ людей)и свободной воли человека (выбора им в результате духовной брани в мыслях своих,а потом - в словах и делах,добра или зла,святости или греха,выполнения заповедей или не выполнения их).

2. Психологическая причина искажения истории. С точки зрения психологической человек легче воспринимает и принимает то, что ему понятно. И отвергает то, что ему, атеисту, непонятно - все религиозное и религию в целом. Поэтому историки-атеисты, не зная православия и не принимая его, стали вычеркивать из истории России ее главную, религиозную, духовную составляющую. Они начали объяснять историю Отечества так, как сами ее понимали, - с точки зрения социальной, политической и экономической, то есть материалистической. Для этого они отбирали, подбирали факты, соответствующие материалистическому пониманию истории. Религиозные факты и события, противоречащие их атеистическим взглядам, не рассматривались.

3. Информационная причина - недостаточно полное знание историками достижений естественных наук. Историки и обществоведы в той или иной степени оторвались от достижений естественных наук. Похоже, что они не ведают даже, что только с эпохи Возрождения (язычества - в западноевропейских христианских странах), то есть с XV - XVII вв. появились ученые, заговорившие о всесилии человека, человеческого разума и о "ненужности гипотезы" о существовании Бога. Однако вот уже почти 100 лет, как многие ученые заявляют об ограниченности человеческого разума в познании мира, о трех-, а не односоставности мира, то есть о существовании не только материального мира, но и души, и Творца.

4. Социально-политическая причина. В той или иной степени историки писали о прошлом и настоящем страны нашей с оглядкой на интересы правящей элиты, от которой все обществоведы всегда находились в определенной социальной, политической и экономической зависимости.

Общая тенденция к усилению атеизма захлестнула и многих историков, соблазнившихся западным образом жизни. Переставая быть русскими, православными, они стали и историю России описывать с точки зрения ценностей цивилизации западного, католико-протестантского типа. В советский же период история объяснялась только атеистически, материалистически, с позиций марксистско-ленинского учения.